Магическая Экспедиция

Ведь коли мы против птенцов Воронира не выстоим, вам намертво стоять придется. Иди, Милада.

Я, едва ли не на ощупь нашла выход в храме.

Остановилась, запрокинув лицо и глядя вверх, туда, где прямо в воздухе у самой горловины открытого небу шатра висела огненная голова медведя, набирая и силу, и сияние. Слезы текли непрерывно. Горячие, соленые, стекающие по лицу, по шее, мерзко скользящие под ворот, пропитывающие ткань рубашки, противно прилипающей к телу. Я не могла остановиться. Я не знала, что делать. Умом понимала, что нужно уходить, забирать с собой Никодима и Владыку и уходить как можно дальше.

Говорящий прав — нас могут использовать как оружие. Всех нас. А если убьют Владыку… драконы сровняют Горлумский лес с землей. Сровняют, у них не будет особого выбора, но уже есть повод — грассы.

И плакать я перестала.

Резко и зло вытерла слезы, достав платок, промокнула шею и решительно направилась к выходу. Потому что магов жители этого леса переживут, хотя бы частично, а вот драконов — нет.

Но не успела выйти из храма, как предчувствие, осознание или, может, даже интуиция отбросили меня назад! С такой силой, что, резко отшатнувшись, я сначала упала, затем подскочила и метнулась в сторону, под прикрытие одной из статуй медведя, дико испуганная и оглушенная биением собственного сердца.

Потому что там, в небе, кружили три подлетающих к храму дракона!

И ведущего в этой тройке я узнала еще даже до того, как поняла это.

Порыв ветра!

Сильный, настолько сильный, что загасил большую часть свечей в храме.

Шорох отброшенных кусков шкур на входе и до дрожи знакомый повелительный, не терпящий возражений голос:

— Где Говорящий?

Я перестала дышать."

"Вжавшись в статую настолько, что спиной чувствовала все выступы, сквозь грохот собственного сердца, я напряженно пыталась расслышать происходящее. Но почему-то слышала, как наяву, гул: «Я не желаю вас больше видеть! Никогда, ни коим образом, ни даже по самой обоснованной причине! Попадетесь мне на глаза еще раз, и клянусь, наплевав на чувства благодарности и жалости, я возьму все то, на что имел полное право с первого мгновения!»

И я старалась, я очень старалась, я все усилия прилагала к тому, чтобы сейчас не попасться на глаза Ирэнарну-Ррат-Эгиатару.

Мне было страшно. И жутко. И в то же время безумно хотелось последовать некогда данному Асур-Рратом совету и, рассказав обо всем, просто довериться Черному дракону.

А с другой стороны, тот же Асур-Ррат советовал не спасать Владыку.