Магическая сделка

Гаррат сначала делает, а потом думает, но древний?!

— Милада, — Светозар подошел, взял за руку, переплетя наши пальцы, что мне совсем не понравилось, — идем, лекция начинается.

Отняла ладонь и отступила на шаг, демонстративно показав, что вольностей не позволю. Светозар скрипнул зубами, глянул на Ветра и Лину, и те, переглянувшись, поторопились вслед за остальными студентами, в отличие от алмаза нашего факультета.

— Милада! — парень попытался приблизиться, но, едва я отступила еще на шаг, пошел ва-банк и заявил: — Ты мне нравишься.

— Я замужем, — напомнила, нервно кусая губы.

Действительно нервничала. Ирэнарн приказал не приближаться к университету вообще, а к кабинету Валентайна в частности, но что, если они сейчас пытают древнего и Гаррата. На мне Страж, мне не страшен огонь даже Правящего дракона, в момент если мне или Владыке будет угрожать смертельная опасность появится Ирэнарн, но что с древним?

В сердце уродливой темной кляксой медленно заползал страх, а в ушах звучали слова Асур-Ррата: «К проклятым спящим! Я вытворил, я и исправлю!»

— Милада, я — начал было Светозар.

— Извини, — голос дрогнул, — я, наверное, схожу к магистру Валентайну, — проговорила, наконец.

И, отступив, решительно развернулась и торопливо почти побежала в административный корпус. Только бы успеть!

* * *Шла, все убыстряя шаг. Меня тут, кажется, все уже знали — секретари, встречающиеся по дороге, кивали приветственно, секретарь нашего факультета стихии Земли вообще поделилась конфеткой и сказала, чтобы я зашла после лекций, она мне учебники из библиотеки взяла, я рассеянно кивала, идя к единственной и в то же время безумно пугающей цели — кабинету ректора.

Подойдя к массивным дверям, резко выдохнула, даже не зная, что говорить буду, разве что могу в качестве предлога отчитаться по поводу разлитого в доме зелья, и постучала.

— Миладушка, девочка, входи, — раздалось над дверью.

Судя по голосу, настроен магистр был ко мне по-доброму, но меня все равно охватило какое-то плохое предчувствие, правда, это не помешало потянуть дверцу на себя, и войти в кабинет ректора.

И поняла, что предчувствие не обмануло, — помимо радушно улыбнувшегося мне магистра Валентайна в кабинете сидел Воронир.

Мы увидели друг друга одновременно. Видимо, Воронир просто не понял, какую «Миладу» имеет в виду ректор, имя-то распространенное, но, едва я вошла, он повернул голову, и мы оба застыли.

Я — испуганным, сжавшимся от ужаса зайцем, а вот он — медленно расправляющим кольца разъяренным удавом.