— Будем мы завтра, как та обезьянка…
— Перестань! — снова застонала я.
— Ладно, но потом не говори, что я не пыталась открыть тебе глаза.
— Животные, они, как дети, все чувствуют, — сказал Глеб, поставив на поднос опустевший стакан. — У них природная интуиция незамутненная, не испорчена разными благами цивилизации. Мой дядя долгое время ухаживает за одним существом, так вот оно прекрасно разбирается в магах. Если к нему пришли с хорошими мыслями, он вполне лоялен, а если с дурными… В общем, даже магический барьер порой не спасает.
— А дядю твоего случайно не Ахей зовут? — поинтересовалась я.
— Ты его знаешь? — удивился наш домработник, хотя, чего уж там, почти всю домашнюю работу мы с Юлкой делали сами, с удовольствием. А Глеб за это время стал нашим хорошим другом. Он больше развлекал нас рассказами о своем мире, но ни от какой работы не отказывался и всегда был рад помочь.
— Встречались у вольера с Перси, — нейтрально ответила я.
— Перси! — усмехнулся Глеб. — Смотри при драконе не произнеси.
Он любит, когда его называют полным именем — Император.
— Да, это точно, — подтвердил Едемский. — Как-то по молодости, один из моих славных предков хотел приручить Императора. Даже вошел к нему…
— И что случилось? — поинтересовалась Жавурина.
— Еле выскочить успел! Дракон ему мантию подпалил, — как-то нехотя признался Юрка.
— Погоди, а твоего славного предка случайно не Ипат звали? — с широкой улыбкой, явно подавляя, рвущийся наружу смех, спросил Глеб. — Ты ведь Едемский?
— Ипат, — буркнул тот.
— Дракон пожег огромную дыру в мантии, как раз в районе ягодиц. Маг потом долго сидеть не мог. И кличка к нему пристала пожизненно — Ипат паленый. После него к Перси лет сто никто не отваживался заходить.
— А потом? — поинтересовалась я."
"— Пробовал магистр Кавецкий. Его дочь вам что-то преподает, кажется, — ответил за него Юрка, который был несказанно рад перевести тему. — В вольер он не входил, Император плевался огнем так, что едва не пробил магический барьер.
Дракона три дня не могли успокоить. Кавецкий после этого пытался убедить совет, что животное опасно и его следует усыпить. Хорошо, что его никто не послушал. Ну, кто в своем уме станет усыплять последнего в мире дракона? А потом — магистр Кремер, но он тоже не входил к Перси. Постоял, посмотрел, а потом сказал, что это не его зверь.
— А для чего маги пытаются его приручить? — осторожно спросила я.
— Как для чего? Конечно, для того, чтобы повысить уровень магии.
