Однако стоило его подбросить, как бумеранг стремительно закрутился, постепенно превращаясь в ослепительную шаровую молнию.
– Слушайте… а если… – Я выразительно провела ребром ладони по горлу.
– Он не заточен. – Стриж разглядывал светящийся шар.
– Но голову все равно береги, – многозначительно изогнув густые брови, посоветовал Пересвет, – в прошлый раз мы четырех кур угробили.
– Кур? – медленно повторила я и тут же заявила: – Я требую увеличения ставки до четырех целковых! Вместе получится двенадцать, в случае чего хватит, чтобы заплатить за вызов лекаря.
– Ага, или на пару кладбищенских веночков, если лекарь не успеет, – жизнерадостно подхватил Стриж.
– И покажите деньги! – потребовала я у игроков. – Хочу видеть, за что рискую здоровьем!
– Все человеческие девушки такие меркантильные? – проворчал Пересвет, вытаскивая из кармана монетки.
– Я просто поумнее курицы.
Деньги мы положили на широкие перила крыльца. Туда же отправился и теплый свитер.
В тонкой клетчатой рубашке мне стало зябко. Никогда не любила подвижные игры. Спортивные соревнования предпочитала смотреть по видению, а от бегавших ранним утром поклонников здорового образа жизни у меня сводило челюсти.
Мы встали звездочкой, плечо к плечу. Над нашими головами, разнося холодными волнами воздух, бешено вертелся бумеранг. Опасного оружия испугался даже дог и спрятался под грузовой автокар. Мне пришла в голову досадная мысль, что я, конечно, умнее курицы, но явно глупее слюнявого пса, раз согласилась развлекаться вместе с аггелами.
– На счет три, – напряженно следя за диском, тихо произнес Стриж.
– Не смей наступать на хвост, как в прошлый раз! – предупредил Пересвет.
Поглощенные давним соперничеством, парни общались исключительно друг с другом и меня в расчет не брали. Судя по всему, в противоборстве двух мальчишек барышне отводилась роль полуголой кокетки, проносящей по рингу таблички с номером раунда.
– Унос… Бини… – шепотом принялся считать Ветров-младший и вдруг выкрикнул: – Терни!
Противники отпрыгнули в разные стороны, словно облитые ледяной водой коты. Мгновением позже диск потух и камнем упал мне в руки. С недоумением я уставилась на тяжеловесную штуковину.
Пауза была достойна подмостков Большого театра, располагавшегося на главной площади Ветиха. Мои соперники от изумления открыли рты.
