Под куполами то и дело что-то вспыхивало. Кажется, там упражнялись иллюзионисты — больше ни у кого настолько зрелищными заклятья не были.
Спустя неделю с лишним — в начале семестра у заведующего кафедры и и.о. декана был традиционный завал — оригинальную методичку с заданиями вступительных всё-таки отыскали. Ровно для того, чтобы обнаружить, что она расходится с теми экземплярами, которые вроде как отпечатывали с неё. Почему и кто в этом виноват, предстояло выяснить. Ситуацию осложняло то, что копированием занимались традиционно лаборанты, многие из которых давно разъехались.
Конечно, для менталки расстояние не такая уж проблема, но сначала ведь нужно было выяснить, где тот или иной выпускник сейчас находится. В общем расследование затягивалось.
Следствие относительно подтасовок во время отбора в команды Кубков, вопреки ожиданиям, менталистов, в том числе и магистра Лейеля, благополучно миновало. Подчиненные ир Льера не обнаружили в воспоминаниях команды или отвечавших за отбор ничего указывающего на их факультет, так что все вздохнули спокойно.
Реального виновника пока либо не обнаружили, либо обнаружили, но обнародовать результаты не стали. Может, даже замяли. Если менталисты были не при чем, в деле явно был замешан кто-то высокопоставленный. Наверняка кого-то своего пропихивал. Или взятку дали. А может, шантажировали другими нелицеприятными делишками. Подобное объяснение вполне укладывалось и в его случае, вот только кто мог осмелиться шантажировать Лейеля? Он, пусть и тоже прикладной менталист, был очень даже не плох и в боевой.
Вроде бы даже защищал по ней диплом, но потом переключился на более спокойную прикладную. А с боевыми менталистами шутки были плохи — помимо специализированных заклятий, они и менталкой пользовались виртуозно. Могли стать частично материальными, могли обойти определенные типы магических защит, могли подчинить человека и инсценировать его самоубийство так, что никто и не подкопается. На подобном в свое время был замечен мятежный леонский архимаг Ролеано, как-то обошедший даваемую всеми менталистами по достижении определенного мастерства клятву.
После этого, кстати, её и доработали. Как именно знали разве что особо доверенные теоретики, но факт оставался фактом — убийств с использованием ментальной магии больше практически не фиксировали, хотя теперь обязательно проверяли не только подозрительные, а вообще все смерти. Даже самоубийства.
