Магический ожог

Я доверяю Стае беречь эту вещь до тех пор, пока она мне не понадобится, — я положила ожерелье в когтистую руку Каррана. — Я верю, что у тебя оно в безопасности. Не знаю почему, но это очень важная штука: и лучник, и ривы придут за ней. Я не могу позволить себе потерять такую ценность. Ты обещаешь сохранить её?

Это был жест абсолютного доверия. Все знали, что Бран трижды посрамил Стаю, нарушив ее границы. Тот факт, что я доверила Каррану монисто, значил для него больше любой мести. Я перевела это в разряд личных взаимоотношений.

Золотые глаза внимательно смотрели на меня.

— Я даю тебе слово, — сказал Карран.

— Это все, что мне нужно.

Я была вольна поступить так, как считала нужным. Ни одна рива не сможет превзойти Каррана, а я отвлеку Брана, найти бы его.

— Я собираюсь в дом боуд, проведать мою подругу, а потом отправлюсь искать Джули.

— Тебя проводят до территории гиен.

— Я сама могу найти дорогу.

Карран замотал головой.

— Не спорь со мной сейчас.

Две минуты спустя я скакала верхом в дом боуд в сопровождении четырех мрачных вервольфов. Они оставили меня у невидимой границы. Как соизволил объяснить один из них, каждый клан оборотней Стаи рассчитывает на приватность в месте своих встреч. И члены других кланов не могут нарушать эту приватность.

На крыльце ждала та же боуда, что обещала улыбаться, пока будет обгладывать кости Джима. Она наблюдала за тем, как я спешилась и забрала книги Эсмиральды из повозки, все так же брошенной у дома.

— Ты вернулась, — сказала гиена. — Я заглядывала к твоей малышке, пока тебя не было. Она горячая штучка. Ей нравятся девушки?

— И на чем она повернута? Сладости, музыка? Что ей нравится?

— Ничего не понимаю в пушках. Кажись, не складывается, да? Облом. Даже и не знаю теперь, нужно ли мне заморачиваться.

Она снова напомнила мне о Карране.

— Все мужики-козлы, — констатировала я.

— Женщины не лучше. Большинство из них — ноющие сучки, — она задумалась. — А с парнями может быть весело.

Я нашла Андреа и Тетушку Би на кухне у маленького круглого стола, они пили чай. Вид того, как Андреа подносит чашечку к своей гиеновой морде, чуть не довел меня до истерики. Я зажала рот рукой, стараясь не рассмеяться. Нервы.

Если бы она попросила печеньку, то добила бы меня.

Андреа заметила меня и напряглась.