Магия Фиора

На осторожный вопрос об опасности, которая может исходить от жрецов Слика, караванщики отреагировали странно. Один из них сразу задал прямой вопрос:

— Из какой же глуши вы вылезли, если ничего не знаете о Сликиране?

— Из леса, — ответил я. — Эльфийского.

Эль с Ларой такое объяснение нашей неосведомленности не понравилось, но они благоразумно промолчали, предоставив вести переговоры мне.

— Я ведь говорил, что мы не местные, — напомнил купцу.

— Говорил, — признал он. — Но не думал, что настолько.

Знал бы он, насколько именно, но я не счел нужным его просвещать.

Тем более что и на Северном континенте шутки о дикости живущих в своих лесах эльфов — дело обычное. Разве что в присутствии ушастых их, как правило, никто не решается озвучивать. В данном случае стереотип играл нам на руку. Что бы ни думал обо мне купец, но тем не менее рассказал все интересовавшее. Сликовники в Сликиране вели себя не просто прилично, а буквально образцово-показательно. Никого не хватали и не тащили на алтари. Мало того, закупка для этих целей рабов строго запрещалась. Военнопленных это тоже касалось.

— И кто же тогда оказывается на алтарях? — спросил я. — Или они тут обходятся вообще без жертв?

— Известно кто. Преступники.

— Потому-то тут так безопасно, — встрял в рассказ другой караванщик. — За большинство серьезных преступлений предусмотрена смертная казнь, и сликовники очень старательно вылавливают разбойников.

— Вернее, вылавливали, — поправил его первый. — Уже давно ни одного не осталось.

Как выяснилось, жрецы Слика не отказываются выкупать приговоренных к смерти преступников в соседних королевствах, это их законами никак не запрещалось.

Не все соседи соглашаются, но у тех, которые подписали соответствующие договоры, преступность резко сократилась, хотя до почти полного исчезновения, как в Сликиране, еще далеко.

— А если кто-нибудь, например, совершил серьезное преступление в одном королевстве, а потом сбежал в другое, его могут выдать сликовникам? — задал я неожиданно ставший актуальным вопрос.

— Нет, — уверенно ответил купец. — Только власти того королевства, в котором было совершено преступление.

— Они могут сначала выловить такого преступника у соседа, вернуть к себе, осудить и только потом продать жрецам, — добавил другой. — Но лично я о таких случаях пока ни разу не слышал.

Уже хорошо. Хотя бы с этой стороны опасность не грозит. А то ведь могут объявить в международный розыск по подозрению в убийстве герцога. Вряд ли, конечно.