– Не знаете? Как так? Вы же управляете своей тенью…
Он тяжко вздохнул и пояснил уже более-менее нормальным голосом:
– В нормальном состоянии да, но не сейчас. Я ослаблен, и у меня с трудом получилось её хоть как-то обуздать. Скажи спасибо, что успел тебя выдернуть наружу, иначе могло произойти всё что угодно. Больше тебе туда нельзя, пока полностью не восстановлюсь, а то можешь и не вернуться. Поэтому отсюда будем выбираться другим способом.
– Ох, жуть какая, – содрогнулась я. То-то мне показалось, что тень выпустила меня крайне неохотно.
– Да уж, лучше не рисковать.
– Угу… А теперь, когда мы всё выяснили, можно уточнить… что ты собиралась делать руками? Они до сих пор на моём животе. Не то, чтобы я возражал, но ты тогда или передвинь их выше, чтобы меня пощекотать, или ниже, чтобы доставить удовольствие.
Я вспыхнула и отпрыгнула, отдёрнув руки, которые во время нашего недавнего безумия успела запустить ему под рубашку. Только в этот момент пришло осознание, что весь разговор мы так и продолжали стоять в весьма двусмысленной позе – моё платье было задрано чуть ли не до подмышек, а на рубашке встрёпанного Арьена не осталось ни одной пуговицы.
Надо же, как нас накрыло-то…
– Шеф, простите, но вы ещё больший извращенец, чем я думала, – вырвалось у меня. – Как вы могли целовать лысое чудище с наростами?
Он насмешливо приподнял брови.
– Одно из двух – или у меня специфические вкусы, или я видел тебя сквозь иллюзию, так как сам лично её наводил.
Угадай.
– Как бы там ни было, за иллюзию я вам, кажется, отомстила. Теперь есть куча свидетелей, как вы обжимались с монстром. Слухи точно пойдут…
– Одним слухом больше, одним меньше, – беспечно отмахнулся он. – Чем более сумасшедшим меня считают, тем больше боятся и уважают.
Вот непробиваемый тип! Да уж, спорить с ним бесполезно – такого, как он, из колеи не выбить при всём желании.
Я невольно глянула на его губы и мысленно выругалась. Весь ужас в том, что эти воспоминания теперь наверняка постоянно будут меня преследовать при каждой встрече с ним.
Чёртов Арьен, чтоб его, целовался так сладко, что смотреть на него и не думать об этом было невозможно.
Пока я приводила себя в порядок и пыталась собраться с мыслями, шеф осматривал подворотню, и лицо его становилось всё более серьёзным. Выглядела она и в самом деле как-то мрачновато. Тёмные сырые стены домов обступили нас, как банда головорезов. Повсюду валялся мусор.
