Ты отталкивала меня на словах, но невероятно остро реагировала на мою близость. И даже сама этого не осознавала. Поэтому с твоим телом я договорился бы очень быстро, как бы сильно ни сопротивлялся разум.
– Наглец! – Его уверенность злила и восхищала одновременно. – Ну а твой-то разум что говорит? Да, ты меня хочешь, но есть ли что-то большее? Не верю, что кто-то вроде тебя может так быстро влюбиться.
Несмотря на мой шутливый тон, Арьен отнёсся к вопросу предельно серьёзно. Следующие слова он произнёс очень веско, глядя мне прямо в глаза:
– Если кто-то тебе полностью подходит, не надо много времени, чтобы это понять.
Я всегда чётко знаю, что чувствую, и не вру себе. Мне казалось, ты это уже усвоила. Меня можно назвать каким угодно, но не легкомысленным. Кроме того, если бы я испытывал поверхностную симпатию, моя тьма не принимала бы тебя. Тьма принимает только тогда, когда чувство действительно глубокое. И это главная из причин, почему даже пары, связавшие себя брачными узами, часто боятся пускать друг друга к себе в тень, так как и сами не всегда могут гарантировать, что их чувства достаточно сильны и искренни.
Тень не лжёт и не притворяется. В ней слетают любые маски. Скажи, что ты чувствовала, когда была там в последний раз?
Я призадумалась. Что я чувствовала? Невероятную заботу, абсолютную защищённость, тепло, способное согреть и вернуть у жизни даже мёртвое тело… нет, не то. Любовь. Бесконечную и всепоглощающую. Да, это была она.
Вслух не было сказано ни слова, но Арьен прочитал всё в моих глазах.
– Поняла теперь?
Я только молча кивнула, потрясённая до глубины души.
А ведь Арьен дважды спас мне жизнь. Первый раз тогда, когда заставил искренне себя возненавидеть, всей душой и сердцем.
Если бы он не сделал этого, я не сумела бы приручить силу и стала бы неуправляемым и опасным элементом магического мира, который нужно поскорее устранить.
Он сделал всё, чтобы я смогла овладеть даром и при этом не сломать себя и не превратиться в чудовище, ненавидящее всё и всех вокруг.
Он принял всю ненависть на себя одного.
И второй раз он спас мне жизнь на том пригорке.
Да, это стало возможным только благодаря жнецу. Но душу в тело загнал именно Арьен. И он же раз за разом накачивал меня жизненной силой, пока, наконец, мёртвая плоть снова не стала живой.
– Спасибо. – Говорить было трудно. – Без тебя меня бы уже не было. Ты, конечно, говорил, что укус вампира заставляет подчиняться, но я и представить не могла, что он способен на такое.
