— Что-то мне не хочется ему помогать, — зловеще проговорил некромант. — А тебе, Бенджамин?
Скелет отрицательно покрутил черепом.
— Да вы что? Он же умирает! — Я не прекращала попыток хоть как-то направить Эйдана в нужную сторону. Пострадавший согласно (или предсмертно?) захрипел.
— Это послужит ему отличным уроком на будущее. Ах да, если он умрет, у него не будет никакого будущего. — Некромантское коварство не знает границ.
Но все же Эйдан сдался под моим натиском и хотя бы снял заклинание паралича, позволив моему нанимателю нормально дышать.
— Скажи, разве ты не слышал, что приставать к девушкам не только плохо, но и опасно?
И вроде говорил Эйдан мягко, даже вкрадчиво, но почему-то совсем не выглядел хорошо воспитанным магом из приличной семьи. Наверное, если бы не дорогая одежда, его можно было бы принять за убийцу-наемника. Хотя что я знаю о наемниках? Может, и среди них встречаются эстеты.
— Господин маг, — похрипел мужчина, не в силах надышаться. — Я не хотел… ничего такого, — он зашелся в кашле.
— Просто посидеть… за бутылочкой… поговорить."
"— О, я люблю разговоры по душам! — Эйдан рывком поднял его на ноги и практически потащил на кухню, скинув там на стул. — Но вдвоем как-то непринято сидеть. Бенджамин! — Эйдан поманил своего верного товарища, на приближение которого мой наниматель смотрел расширившимися от ужаса глазами. Не задохнется — так инфаркт хватит!
— Помилуйте! — Кажется, еще немного, и он бухнется перед Эйданом на колени. — Правда, ничего такого! Клянусь!
Эйдан тем временем покрутил бутылку и со вздохом передал ее Бенджамину.
Судя по разгоревшимся глазам нежити, марку дешевого вина Беня узнал. Вот только сомневаюсь, что при жизни он был способен вытаскивать пробки челюстью. А уж как четко разливал — загляденье.
— За твое здоровье, — хмыкнул Эйдан. Но чокаться не собирался. Что весьма нехороший признак, когда выпиваешь с некромантом: тост сразу звучит как за упокой. — Ты пей-пей. Ты же хотел посидеть и поговорить по душам.
Беня смотрел на них с нескрываемой завистью.
Граненый стакан плохо подходил к вину, пусть и не слишком благородному, зато о зубы пострадавшего стучал знатно.
— Кстати, о душе… — протянул Эйдан, едва пригубив напиток и, поморщившись, отодвинул стакан подальше. Беня, как завороженный, следил за почти полным стаканом, кажется, даже тянуться к нему пытался, но каждый раз одергивал себя и убирал костлявую руку. Все-таки некоторые вредные привычки неискоренимы даже после смерти.
