Выпады в сторону Лу сносить оказалось намного труднее.
Но тетушка только мягко улыбнулась и села рядом.
— Ты платье перешивала, смотрю, вытачки на груди увеличила и на талии лишние складки под пояс добавила. Хорошо получилось, незаметно, — одобрила тетушка.
— Ну вы-то заметили, — недовольно оглядев себя, ответила Мира и снова отвернулась.
— Я просто знаю, кто платье шил, — рассмеялась Лу, чем всех удивила. — Мастер Шусен делал, такие воротнички только его жена крючком вяжет. Сразу в глаза бросается, у нас других мастериц, кто бусинами кружево украшает, нет.
А они с детьми не работают. Ты хоть и высокая, но на твою фигуру они бы не стали шить.
— Она все умеет. — Быстро поевшая Астер снова была готова болтать часами напролет. — Нам все сама шьет, а себе мамины платья перешивает, чтобы ткань не покупать.
Мира вздохнула, но ничего отвечать на похвалу не стала.
— Давай хоть чая налью, раз суп не ешь, — предложила Лу этой гордячке.
— Я за него заплачу, — сразу обозначила Мира.
— Ишь ты какая, — усмехнулась Лу. — Заплатит она. А отработать не хочешь?
Мира тут же нахмурилась, почуяв подвох, но хотя бы с ходу не отказалась.
— Мне занавески новые нужны. Скатерти. А то все износились, стираются-то часто. — Не могу сказать, что прямо вот износились, но обновить бы не мешало. — Я раньше сама все шила, а теперь глаза уже не те. Даже в очках нитку в иголку не всегда вдеваю, — пояснила Лу. — И конечно, я доплачу.
— Сколько? — сразу спросила Мира.
— Дай подумать, — тетушка обвела свою кафешку взглядом, считая столы и окна. — Восемь золотых.
Цена была баснословной. Теперь я начала понимать поверенного Эйдана, когда тот причитал, как некромант умудрился согласиться на пять золотых в день за еду.
И вот на этом любой нормальный человек должен был просто сказать: «Да». Но Мира у нас не из простых.
— Не похоже, чтобы дела у вас шли настолько хорошо, — заметила эта нахалка.
— Знаешь что! — Спустить такое лично я не могла, но Лу легонько задела меня полотенцем и покачала головой.
— Стараниями Шеран у меня все замечательно. Но я, конечно, не настаиваю, можешь просто два медяка за чашку заплатить, — мягко ответила женщина.
— Я подумаю, — бросила Мира.
Но в итоге от чая отказывать не стала, как и от сдобной булочки к нему.
— Алек, — обратилась я к мальчику, делая вид, будто не замечаю, как он то и дело кладет в карман кусочки еды со стола.
