Магия успеха

 — Поехай в отель отдыхай!"

"На парковочной площадке уже мягко урчал мотором междугородный автобус «вольво». Глянцевые бока его играли бликами, вспыхивали огнем хромированные части, огни чужой страны отражались в огромных тонированных стеклах. Тефлоновое покрытие, вместительный гардероб, удобный туалет, мощный кондиционер… Погрузились, расселись, тронулись. Эрик Кнутсен, утонув в удобном анатомическом кресле рядом с водителем, взял в руки микрофон и принялся изводить «руссо туристо» вводными замечаниями. О том, что Норвегия — это конституционная монархия, глава страны — король, высший законодательный орган — парламент, стортинг, государственный язык — норвежский, а официальная религия — лютеранство.

При этом он по-прежнему источал счастливые улыбки, являя собой воплощение гостеприимства и радушия, однако Толя Громов, сидевший неподалеку, неожиданно насторожился: улыбался норвежец одними только губами, глаза же его, холодные и оценивающие, смотрели с циничным прагматизмом наемного убийцы.

— Остановите, пожалуйста, мне плохо.

 — Мгновенно сконцентрировавшись, Толя начал подниматься, но не успел.

Лицо Кнутсена исказилось ненавистью, вскрикнув, он натянул противогаз, и салон автобуса тут же превратился в долину гейзеров. Из-под сидений с шипением забили струи, воздух сделался тяжелым и непрозрачным, и последнее, что Громов запомнил, были ярко-красные бенгальские огни, с бешеной скоростью кружившиеся в голове, — сладкий, маслянистый дурман надолго усыпил его.

За окнами падал снег, мокрый, тяжелый, быстро превращающийся в грязные лужи на асфальте.

«Ну вот, скоро зима». Оторвав от компьютер покрасневшие глаза, Марина Викторовна Пиновская включила кофеварку и нажала кнопку селектора:

— Осаф Александрович, как насчет легкого перекуса?

Она терпеть не могла есть в одиночестве.

— Очень даже положительно, сейчас буду. — Дубинин согласился не раздумывая, время было ужинать, а он еще и не обедал, делал срочный анализ на мембранном хроматографе.

Пиновская управилась быстро, — когда Осаф Александрович вошел в кабинет, на блюде уже остывали горячие бутерброды с колбасой и сыром, в микроволновке разогревалась пицца с луком и грибами, а в воздухе благоухало свежезаваренным цейлонским чаем.

— Вот, душу посолить. — Дубинин выложил на стол здоровенного копченого палтуса и, часто сглатывая, принялся со знанием дела резать истекающую жиром рыбину. — К нему лучка покрошить — объедение.

Он всегда отличался экстравагантностью вкусов.