Магистраль

Существуют и такие моменты, или точки, где изменения нарастают в бешеной прогрессии, которую невозможно ни спрогнозировать, ни прервать. Система уравновесится, но уже в новом виде, с учетом навязанных ей корректировок. Время как часть Вселенной будет существовать — в том или ином состоянии, с человечеством или без. Я внятно излагаю?

— Получается, что какую-то отдельно взятую собачку все-таки можно спасти без ущерба для рода людского… — вопросительно произнес Иванов.

— Наверняка, — ответил инструктор.

— А другую собачку спасать нельзя, поскольку это грозит катастрофой…

— Не исключено, что именно так.

— Простите, но откуда людям известно об этих… э-э, моментах? — осведомился Иванов с сарказмом. — Ведь если бы в них уже вляпались, мы бы давно жили в э-э… новом мире.

— Наличие таких точек установлено сугубо теоретически. Хотя кто же поручится, что наш мир не является результатом чьего-то вторжения?… — Инструктор криво усмехнулся. — Главное — не уповать на то, что очередная операция окажется рядовым случаем, от которого ничего не зависит.

— Тем, что прочитаем интервью с Киркоровым? — рискнула пошутить Рыжая.

— Тем, что некоему дяденьке, предположим, не достанется этого номера, и он не позвонит по объявлению, и не снимет квартиру, и не познакомится с некой тетенькой, и та не родит некоего гиганта мысли… или террориста… А восполнить его отсутствие система не сможет.

— Ни влиять на прошлое, ни разведывать будущее человек не вправе, — подытожил Иванов. — Какой же тогда в этом смысл?!

— В чем? — не понял инструктор.

— В наших синхронизаторах.

— Ну, в наших-то смысла как раз много. С их помощью мы добираемся до нарушителей и компенсируем их вторжения.

— Нет, я… — Иванов описал руками широкой круг. — Я не о том…

— А, вы о значении для цивилизации и тэ пэ?

— Вот именно, «и тэ пэ».

— Я убежден, что это одно из самых вредных открытий, — признался инструктор. — Две тысячи сороковой год, в котором состоялось первое перемещение во времени, проклят всей Службой и каждым опером в отдельности. Беда в том, что синхронизатор слишком доступен. Вместо того чтобы его засекретить, о нем поспешили раструбить. Лет через пятьдесят атомные бомбы продаваться на базарах еще не будут. Через пятьсот, надеюсь, тоже.