Махинация

Может быть, при ежедневной работе по двадцать — двадцать пять часов я сумею полностью подготовить курс для языковых специалистов с подобным моему уровнем способностей к изучению языков, но у дипломатов совершенно другая специализация, абсолютно другая.

Когда я повторно связалась с Барбарой Тейн, в столице Гаэры наступала ночь — но, как и я, полковник была на рабочем месте.

— Бракованный сканнер! — выругалась она, получив от меня информацию, систематизированную за день. — У каждого слова не менее двадцати вариантов перевода…

— И это без учета местных наречий, — убитым тоном сообщила я.

Барб посмотрела на меня с тем же сомнением, которое давно охватывало и меня, и мрачно сказала:

— Лея, мы не можем позволить себе прислать на Рейтан дополнительных специалистов твоего уровня.

— Знаю, — тихо сказала я.

Действительно, знала, рискнуть одним переводчиком управление еще могло, двумя — уже нет.

— Я постараюсь пробить возможность прибытия на Рейтан команды из стандартных специалистов, но на данный момент герхарнагерц ясно дал понять, что подобное не встретит положительных эмоций с его стороны.

То есть нашим могут просто поотрезать головы… в порыве плохого настроения, а потом выплатить компенсации семьям — прецедент уже есть.

Подумав немного, предложила другой вариант:

— Я напишу программу для сканера, основываясь на моих занятиях с командой в полете, можно будет прогнать по спецам, для более качественного отбора, и подготовить людей, с которыми я смогу работать на расстоянии.

— Проблематично, — честно призналась Барб. — Но выбора особо нет. Хорошо, Лея, займись базой сканера. Да, должна сообщить: команда, которую готовил Гилбен, на данный момент не в состоянии работать.

Я вспомнила окровавленные тела, разбросанные по дороге после крушения флайта, устроенного специалистами разведуправления, и с содроганием спросила:

— Они получили слишком серьезные повреждения при аварии?

— Нет, — мрачно глядя на меня, ответила Барбара. — Используя танаргские технологии психолингвистического программирования, Гилбен напрочь заблокировал у ребят долгосрочную память.

Я понимала ее ярость — он загубил жизни двенадцати человек! Двенадцати прекрасных специалистов с превосходными данными. И это даже был не S-класс, то есть у них у всех были семьи, жены, мужья, дети…

— А есть шанс… — даже договорить не смогла.