Студенты в принципе народ такой, они готовы есть все, что оказывается в пределах досягаемости, и спать в любое время суток, наверстывая недосып. Вот и сейчас, только угомонились и перестали шушукаться и смеяться, как то один, то другой начинали кемарить.
Дежурных поочередно назначали, по одному у окна и у выхода с чердака. Я тоже задремала, рядом в оставленных девчонками одежках пригрелась крыса, свив себе что-то вроде гнезда.
Проснулась я резко, как от толчка. Даже не успела понять, что случилось, как за пыльным чердачным окном полыхнули зарницы и замок словно вздрогнул.
Парни тоже проснулись, повыскакивали. Никто не решался первым задать вопрос, только озадаченно переглядывались. А с улицы к нам пробивались багряные отблески. Было жутко, если честно.
— Что там? — спросила я в пустоту.
— Маэстрина, сюда! — позвал меня от окна Макс Анкер. — Смотрите!
Он потеснился, давая мне возможность присесть сбоку, чтобы с улицы не заметили. Я устроилась там, аккуратно выглянула одним глазом и обалдела.
Всю территорию университета, вместе с подсобными помещениями, оранжереями, складами, парком, полигонами, накрывал багровый купол.
Словно глубокой полусферой накрыло нас четко по границам. Даже луну через нее почти не было видно.
Ближе к самой земле, уже за кованой оградой Усача купол становился чуть более прозрачным, но при этом словно зыбким и рябым. Как желейный пудинг: вроде как и на просвет что-то видно, но при этом четкое ощущение, что не проткнуть. И вот там, за этим бордовым «пудингом», едва-едва просматривались темные силуэты.
Некоторые были совсем огромные, метра три в высоту. Некоторые пониже.
— Это что еще за хрень⁈ — выдохнула я.
А потом в одном месте сквозь вот это желеобразное начала протискиваться зверюга. Сначала у меня даже закралась мысль, что это Гришка, но нет. То, что пролезало, было огромное, почти как слон.
Рядом нецензурно выругался кто-то из парней.
— Что это за жуть⁈ — снова нервно уточнила я.
— Гронх, маэстрина. Боевая ипостась. Кажется, сейчас здесь будет много крови…
Я отодвинулась от окна и выпучила глаза на студентов.
У гронхов есть боевая ипостась⁈ Почему меня никто не предупредил⁈ То есть мое дурное страхолюдное цобачко на самом-то деле милая няшка и версия лайт, пока его не рассердить? А потом оно возьмет и станет вот таким⁈ Я снова выглянула в окошко и сглотнула."
"Мать моя женщина… Да это сейчас не цербер, а змей-горыныч, версия млекопитающая. И хвост уже не милая гадючка, а… анаконда, блин.
