Майло Тэлон

Как только я переступил порог магазина, передо мной возник маленький человечек с зеленым козырьком на лбу, полностью закрывавшим его глаза.

— Что вам? — спросил он.

— Хочу посмотреть чемоданы. Мне нужен большой. Собираюсь поехать в Сент-Луис и накупить там модных тряпок.

— Вон там, — указал он. — Выбирайте, потом заплатите мне.

Когда я направился в ту сторону, он добавил:

— Ничего хорошего нет. Рекомендую купить дорожную сумку.

Он оказался прав. В углу, сложенные в усеченную пирамиду, стояли чемоданы — большие и маленькие.

Я не поручился бы, что любой из них пережил бы хороший дождичек. Тем не менее я тщательно осмотрел их, обратив внимание на размеры и цены.

— Вернусь до отхода поезда, — пообещал я.

Зайдя в салун по соседству, я сел в углу, выпил пива и огляделся. Никто не обращал на меня внимания, поэтому, допив пиво, я отправился по улице, заглядывая в витрины магазинов, чтобы проверить, не следят ли за мной.

Увидев отель Пенни Логан, я прошел мимо него, затем, как бы вспомнив что-то, вернулся и вошел.

О Пенни знали все. Она приехала на Запад, чтобы преподавать в школе, затем вышла замуж за хорошего человека, владельца ранчо, в два раза старше ее. Их семейная жизнь сложилась счастливо. Логан первым в округе завел скот и клеймил его «№ 1». «Почему бы и нет? — говаривал он. — Разве я не был самый первый?» Но при перегоне стада через разбухшую от дождей речушку скотовладелец упал с лошади, и Пенни Логан осталась вдовой. Она продала ранчо, скот и купила маленький отель да лавку рядом с Ларкином, где торговала всякой мелочью для женщин: ленточками, булавками, нитками, пуговицами, карандашами и другими вещицами, до которых у Ларкина не доходили руки и которым не хватало места на складе.

У нее также стояли три столика, накрытых скатертью в красную клетку, за которыми подавали кофе и пончики.

Она бесплатно занималась перепиской до востребования, а на ее информацию о последних ценах на говядину, баранину или шерсть в Чикаго или Канзас-Сити можно было положиться.

Крошечное кафе пустовало.

Выбрав столик в углу, не видимый с улицы, я сел и положил шляпу рядом с собой на пол. Пенни вышла из гостиной в глубине дома и узнала меня, как и я узнал ее по описаниям и слухам.

— Добрый день, мэм. Чашечку кофе и четыре пончика, лучших на всем Западе.

В уголках ее глаз на мгновение появились веселые лучики, но сами глаза остались серьезными.

— Кофе сейчас принесу. Пончики оцените сами. — Она вышла и вернулась с кофе и тарелкой ароматных шариков.