Майло Тэлон

А может, бросить ее? Сколько раз думал об этом. Но оставлять за собой огрехи не в моих правилах. Я перестану себя уважать, если отступлю.

Молли спала, между нею и бедой стоял Герман. Что касается меня, то я чувствовал себя разведчиком в стане невидимого врага.

Оказавшись в номере, я подпер ручку двери стулом, снял сапоги и наконец добрался до кровати. В голове стучала одна мысль: если немного не посплю, то свалюсь где-нибудь по дороге или выпаду из седла. Но стоило положить голову на подушку, как сон куда-то улетучился, и я снова вспомнил о Магоффинах, которые были связаны с Ньютоном Хенри и явно решили продать его старику… или кому-то еще.

А не Прайду ли Хоуви?

Их отравили — или Ньютон, или Джефферсон, или Хоуви. Убийца обыскал все имущество Магоффинов, но самого главного, невостребованного багажа, не обнаружил. Вот и остался ни с чем. Каким-то образом его люди схватили Тата и постарались выжать из него все, что могли. Он убежал, его убили. Кто стоял за этим убийством? Почти наверняка Хенри.

Я закрыл глаза.

По улице, дребезжа, проехала повозка, и кто-то сказал:

— Если я собираюсь их кормить, мне нужно добыть сена.

Прогрохотал фургон с пивом в бочках, которые производили свой, особый шум. Из соседнего номера донеслись приглушенные голоса, но тут я уснул.

Когда открыл глаза, уже сгущались сумерки. В комнате стоял полумрак. Где-то со стуком захлопнулась дверь, и раздался звук шагов по дощатому тротуару.

Вспомнив, что Молли спрятала какую-то важную вещь в моем номере, сразу вскочил, сел на кровати и свесил ноги на пол.

Что же она спрятала и где?"

"А куда делась записная книжка, которую так и не прочел? Я, правда, временами заглядывал в нее, но поработать с ней по-настоящему так и не успел.

Я зажег керосиновую лампу, пошарил в карманах пиджака и достал записную книжку.

Она напоминала дневник и принадлежала Натану Альбро. Несколько первых страниц занимали записи о покупке и продаже акций и земельных участков. Вначале покупки были небольшими, со временем возрастая в размере и цене.

Передо мной лежал скупой отчет человека, делающего себя богатым, написанный чрезвычайно мелким почерком со многими сокращениями. Там и тут он терпел убытки, но в основном выбирал землю хорошо и продавал с прибылью. Я нашел списки проданной собственности и вырученных сумм, но не обнаружил никаких указаний, где эта собственность располагалась.

Затем неожиданно стали появляться короткие записи: «Н. — ? Здесь что-то странное». Через несколько месяцев: «С. и Н. уехали».