Коли уж речь зашла об искусстве, отвлекусь на кратенькое замечание: вот фильм «Звезда», теперь можно сказать смело, мне в свое время категорически не понравился. Очень уж он… плакатный, что ли, красивости там всякие…
(Примечание автора: наши беседы случились в самом начале нынешнего столетия, когда была только одна экранизация «Звезды», та самая, послевоенная. Второй, более поздней и, по моему глубокому убеждению, великолепной, мой собеседник (на самом деле вовсе не Федор Седых, это я по его просьбе имя изменил) уже, к сожалению, не увидел…)
Ну вот, теперь имеете некоторое представление, что такое разведбад.
У меня, я уже говорил, был и разведвзвод, но он в глубокие тылы не ходил, разведку вел только в полосе близ немецкого переднего края – специфика службы. Как выразился однажды Жиган, перед моими разведчиками пыжившийся, «мелкие тылы». Кузьменок ему тогда разок заехал – ну, спустили на тормозах…
Теперь о второй моей должности, свалившейся на меня совершенно неожиданно, особых забот не доставлявшей, но и не радовавшей, – моя б воля, я бы эти должности не коллекционировал вовсе, но с начальством в армии не спорят, а браво рявкают «Есть!»…
Двенадцать дней назад, когда дивизия была на марше, вынырнул десяток «вертучих», отбомбился и смылся.
Обычно от бомбежки «мессеров» вреда было гораздо меньше, чем от «чисто» бомбардировщиков. Как в присказке про свинью: визгу много, а шерсти мало. «Мессер» в модификации истребителя-бомбардировщика нес четыре пятидесятикилограммовых осколочных или одну в двести пятьдесят, а иногда и в триста.
С таким бомбовым грузом особенного вреда не наделаешь. Но это как когда…"
"Вот такую бомбу, то ли в двести пятьдесят, то ли в триста, «мусоршмитт», сука гладкая, и уронил прямехонько на крышу большого трофейного автобуса, в котором почти в полном составе ехал разведотдел дивизии. Двоим только и свезло – остались живыми, но тяжелоранеными. Да еще сейф осколками посекло, но что этой неподъемной немецкой бандуре? И капитаны Анжеров и Митихин уцелели – ехали в других машинах.
Ну и пятерка разведчиков. Крепко сомневаюсь, что за штурвалом того «вертучего» сидел какой-то ас-бомбардир, скорее всего случайность, каких на войне хватало, – и трагических, и смешных.
Вот только от того, что это была случайность, нисколечко не легче… Комдив рассудил просто и, нужно признать, толково, как и я бы на его месте: кто из командиров нашей дивизии завязан с делами разведки? Майор Седых, ясен пень.
