Макияж для гадюки

– Не важно! – Ольга дернула плечом. – Он трус и подлец. Это он меня выдал!

– Ты хотела список спрятать у Татьяны, а там уже ждали люди из «Ликофарма», так? – снова встряла Надежда.

– Слушайте, если вы и так все знаете, то зачем тогда спрашивать? – возмутилась Раиса.

– Ты помолчи пока, – посоветовал Павел Петрович, и Раиса послушно затихла.

– Только странно, как же они так быстро успели? – усомнилась Надежда. – Там до того дома, где столярная мастерская находится, ехать минут пятнадцать. Ты думаешь, за это время твой Артемий успел тебя продать, и те успели приехать?

– Не знаю, – угрюмо ответила Ольга, – а только так и было.

– И ребята из столярки вас отбили, – дополнила Надежда. – А что потом было?

– Пока дрались, они папку у меня отобрали, и мы с Танькой разбежались. Я поняла, что к ней мне нельзя, вот у Раисы тут хибарка, раньше ее бабка тут жила…

– Ты только в раж снова не впадай, – опасливо начала Надежда, – но понимаешь, Татьяну-то убили…

– Как? – Ольга вскочила и дернула ворот костюма, как будто ей стало душно.

Надежда вкратце рассказала ей, как они во вторник шли по Ольгиному следу, видели, как Артемия схватили парни в черном, как побывали они в столярной мастерской и выяснили там адрес Татьяны.

– И вот, оказалось, что той же ночью, с понедельника на вторник, Татьяну выбросили из окна. То есть, может, конечно, она сама…

– Да вы что? – крикнула Ольга.

– Слушай, ты на нас-то стрелку не переводи, сама ее в это дело втянула и до смерти довела, – огрызнулась Надежда.

Эта девица ей очень не нравилась. Не любила Надежда Николаевна, когда кто-то идет к своей цели по трупам. То есть сама-то Ольга никого не убила, но ясно было, что ей глубоко плевать на то, что десять женщин из списка могут погибнуть. Ей лишь бы денежки получить. А раз не вышло, то она думает теперь только о собственном спасении.

Ольга глубоко вздохнула и посмотрела на Надежду с такой злобой, что та мысленно ужаснулась и решила на всякий случай спиной к этой девице не поворачиваться. Неожиданная помощь пришла к Надежде с той стороны, откуда она не ожидала.

– Она права, – тихо сказала протрезвевшая Раиса, – от тебя все неприятности. Ладно, сначала ты не знала, что крем отравленный. А потом-то, когда узнала, никому ничего не сказала.