Макияж для гадюки

Потребителей принимают на третьем этаже, предпринимателей – на втором. Бланк возьмите.

– Известно какой – форму номер сорок шесть дробь четыре. – И женщина протянула Надежде разграфленный лист бумаги. – Пока будете стоять в очереди, как раз успеете заполнить.

Надежда взяла бланк, поблагодарила и направилась вверх по мраморной лестнице.

Проходя мимо второго этажа, она из чистого любопытства заглянула в коридор.

Там толпились скромно одетые люди. Большинство из них были чрезвычайно взволнованы, они метались по коридору, как дикие звери по клетке, то и дело останавливали друг друга и вполголоса переговаривались.

– Представляете, – говорила молодая женщина с лихорадочно горящими глазами коренастому толстяку с большой черной бородой, отдаленно напоминающему знаменитого певца Лючано Паваротти, – покупательница приобрела у меня крем для загара и поджарила на нем рыбу. Понятное дело, отравилась, хорошо что не насмерть. Так она подала на меня в суд! Видите ли, на креме не написано, что на нем нельзя жарить продукты.

– Это еще что, – толстяк пожал плечами, – покупатель приобрел в моем магазине микроволновую печь и стал сушить в нем собаку после купания. Это была мальтийская болонка…

– Не понимаю вас, коллеги, – вступил в разговор представительный мужчина в льняном пиджаке, – вот я приобрел здесь, в обществе потребителей, годичный абонемент и живу спокойно…

– Абонемент? – хором воскликнули толстяк и женщина, повернувшись к новому собеседнику. – Что такое абонемент?

– Заплатил пятьсот долларов здешнему инспектору, и теперь он просто теряет все жалобы, которые поступают сюда на мою фирму.

– Да? – злорадно переспросил толстяк. – А зачем же вы сюда пришли?

– Продлить абонемент!

Надежда возмущенно хмыкнула и пошла выше по лестнице.

В коридоре третьего этажа людей было поменьше, и выглядели они не такими возбужденными. Надежда заняла очередь за печальной женщиной с большой бежевой хозяйственной сумкой и приготовилась к долгому ожиданию.

Неожиданно бежевая сумка зашевелилась, и из нее донесся истеричный лай.

– У вас там собачка? – заинтересовалась Надежда. – Ей, наверное, в сумке душно!

– Кот, – мрачно ответила женщина и добавила, наклонившись к сумке: – Потерпи, Мурзик, еще немножко!

– Кот? – недоверчиво переспросила Надежда и всмотрелась в свою странную соседку. – Вы шутите?

– Ничего я не шучу! – огрызнулась та. – Глядите сами, надоело уже всем объяснять!

Она рывком расстегнула молнию.