Онлайн-библиотека книг
— Чёрная Сотня была опозорена предательством, своего нанимателя. Репутация, которую мы нарабатывали годами, испарилась в одно мгновение. Если раньше люди стояли в очередь за нашими услугами и готовы были очень щедро их оплачивать, то сейчас об этом не может быть и речи. — Гуоджин закрыл глаза и потёр руками виски. — На базе вместе с нами проживают наши семьи и семьи предавших нас людей. Я давал слово, что буду заботиться о семьях погибших. И не собираюсь от него отказываться. За годы отличной репутации мы смогли скопить достаточно средств, чтобы сейчас продолжать жить как раньше.
Ваш отец был очень мудрым и прозорливым человеком. Именно он создал наш отряд. — а вот это уже было интересно. Даже Гриша не знал этого, иначе рассказал бы, пока мы добирались сюда. — Поэтому мы всегда приходили по первому его зову. Несколько раз даже прерывая текущий контракт.
В этот раз он словно знал, что случится беда. И отписал отряду сумму, на которую мы сможем безбедно жить несколько десятков лет.
После этих слов Гуоджин замолчал. Его лицо налилось кровью, глаза предательски заблестели.
Получается, что они присягнули мне, чтобы получить деньги, оставленные отцом. Слишком всё сложно. И слишком мало вводных, чтобы сделать правильные выводы.
— Что будет с вами, если вы нарушите клятву, данную мне? — спросил я у наёмника.
— Смерть. — мгновенно ответил мне Гуоджин. Его голос слегка дрожал, очень тяжело ему даётся наш разговор.
— А можно конкретнее?
— Сила уничтожит нас. Клятвопреступники живут очень недолго. — ответил наёмник.
Выход, что всё не так уж и страшно. Да наёмники вручили мне свои жизни, ради получения денег. Да они использовали меня. В любом случае они не смогут отказаться о своей клятвы, если не хотят умереть. А это уже совсем другое дело. Думаю, хороший отряд владеющих мне всегда пригодится.
— Я понял ваши мотивы и не могу вас осуждать. Можете передать своим людям, что я не откажусь от своих слов.
Гуоджин ни слова не говоря поклонился и ушёл. Вот и как мне его понимать?
Сразу после того, как ушёл Гуоджин, в палату вошла медсестра и поставила мне капельницу. Она всё время что-то говорила, но я её не слушал мои мысли были заняты совершенно другим.
