Онлайн-библиотека книг
Все эти новости так воодушевили семейство Халдеров, что супруга раджи Рани Малати специально посетила храм Бхукайлаш[72], где устроила пир для сотни браминов, самолично угостив каждого.
Однако добрые вести не вполне развеяли мрачные опасения раджи, и в ночь перед слушанием он не мог уснуть. Было решено, что малочисленный конвой отвезет его в суд еще затемно, а перед тем слуги, которых допустят в узилище, помогут ему собраться. До рассвета оставалась еще пара часов, когда стук колес возвестил о прибытии семейного фаэтона, и у дверей апартаментов Нила появилась челядь, после чего времени на волненье, слава богу, уже не осталось.
Паримал привез с собой двух семейных священников, повара и цирюльника. Из домашней церкви жрецы-брамины захватили самый «недреманный» образ — позолоченную статуэтку Ма Дурги[73]. Пока гостиную готовили к пудже, в спальне раджу побрили, искупали и умастили благовонными цветочными маслами. Камердинер привез парадный наряд: чапкан с вышивкой мелким жемчугом и чалму со знаменитой брошью Расхали — золотой ветвью, инкрустированной рубинами с холмами Шан[74].
— Как мой сын? — спросил он Паримала, присевшего на корточки, чтобы завязать его дхоти.
— Вчера допоздна пускал змеев. Он думает, вы уехали в имение. Мы постарались, чтобы он ничего не знал.
— А Рани?
— Господин, с тех пор как вас увели, она не знает ни сна, ни покоя. Дни проводит в молитве, и нет такого храма или святого, которого она не посетила. Нынче весь день госпожа проведет в нашей церкви.
— Что Элокеши? Нет ли вестей?
— Нет, господин, ничего.
— Правильно, — кивнул Нил.
Закончив облачаться, раджа был готов тронуться в путь, но процедура далеко не закончилась: около часа длилась пуджа, затем страстотерпца помазали сандаловой краской и окропили святой водой, настоянной на священной траве дурба, после чего накормили благотворной пищей — овощами и лепешками, испеченными на чистейшем масле, а также сластями на сиропе из домашней сахарной пальмы.
