Маковое Море

Помощник ухватил его за рубаху и вздернул на четвереньки, от рывка старая ткань лопнула.

— Кому сказано — ползи! Нечего мудями палубу тереть! Ты собака — значит, ползи!

Пинок заставил Джоду проковылять на четвереньках, но ушибленное плечо не выдержало, и он снова рухнул ничком. Порванная рубаха свисала лохмотьями, и тогда помощник ухватил его за штаны, которые тотчас расползлись по швам. Веревка хлестнула по голому заду, вырвав у юнги крик боли:

— Алла! Бачао! Аллах! Спаси!

— Зря стараешься, — мрачно усмехнулся помощник.

Очередной удар пронзил жгучей болью, лишившей последних сил. Джоду свесил голову и сквозь треугольную рамку голых бедер увидел ласкаров, на лицах которых читались жалость и стыд.

— Ползи, сучий сын!

Джоду немного прополз, потом еще, а в голове его звучал голос: теперь ты тварь, собака, тебя превратили в животное… ползи, ползи…

Мистер Кроул был удовлетворен. Отбросив веревку, он махнул охранникам:

— Киньте засранца в камеру.

С юнгой было покончено. Когда охранники волокли его, словно труп, он расслышал голос субедара:

— Ну, теперь твоя очередь, шлюха базарная. Пора преподать тебе урок.

* * *В трюме встревоженные переселенцы суетились, точно муравьи в барабане, пытающиеся понять, что происходит по другую сторону овечьей кожи. Вот что-то прошуршало — ласкара поволокли на бак? А теперь дробный перестук пяток — девушку потащили на корму?

Потом все услышали голос Мунии:

— Люди! Помогите! Меня…

Крик оборвался, словно ей зажали рот.

— Бхауджи! — Полетт схватила Дити за руку. — Надо что-то делать. Ясно же, чего они удумали!

— Да что ж мы сделаем, Глупышка?

Дити хотела сказать, что это не ее забота, потому что никакая она не бхауджи и нечего ждать от нее подвигов, но подумала, каково Мунии одной среди толпы охранников, и ноги сами понесли ее к трапу.

— Пошли!

С помощью Калуа пробившись к выходу, Дити заколотила в люк:

— Эй! Есть там кто-нибудь? Где вы там, недреманные стражи?

Ответа не было, и тогда она обернулась к спутникам:

— Ну, чего притихли? Минуту назад вон как шумели! Давайте! Устроим представление, чтоб мачты ходуном ходили! Поглядим, надолго ли их хватит!

Сначала горцы затопали по днищу, потом кто-то стал бить в поднос, а другие вторить на кувшинах и горшках, а то просто кричать или петь, и через мгновенье трюм наполнился неудержимым грохотом, способным вытрясти паклю из корабельных швов.

Внезапно крышка люка открылась, послышался голос охранника.