Все, что мне останется, это метаться между Престоном и Видадом, подобно маятнику, который пытается зацепиться за истинного «ядовитого любовника», и выманить его из своего логова, где он тактично выжидает необходимый момент, чтобы нанести новый удар по нам, женщинам родом с востока.
Я испытываю неимоверный трепет, предвкушая разгадку и вид собранного изнурительными усилиями пазла. Как бы там ни было, я знаю зачем и ради чего я это делаю – убийца Алии должен понести жесткое наказание, и я успокоюсь только тогда, когда буду точно знать, что этот монстр изолирован от всего общества.
Даже если им окажется Джейдан Престон, в присутствии которого я теряю голову, или Ильдар Видад, которому я фактически обязана жизнью и всем, что сейчас имею. Ситуация патовая, безвыходная, и мне остается лишь мысленно смириться с тем, что мне нужно быть аккуратной в общении, как с Ильдаром, так и с Джейданом, а лучше всего – не допускать близкого телесного контакта между нами, в момент которого, жертва в лапах своего кукловода становится наиболее уязвимой и открытой для того, чтобы нанести контрольный выстрел.
Поэтому я и согласилась позировать – это вынужденная мера, которая чертовски быстро приблизит меня к разгадке нелегкого квеста. Сил моих больше нет ждать, и играть в «кошки-мышки» с «ядовитым любовником». Марьям прошла через холст Джейдана, а значит, что как только я стану героиней работ Престона, то еще больше подставлю себя под удар, учитывая мои непростые отношения с обоими кандидатами.
После прохождения испытания кистью Престона мне предстоит усиленно наблюдать за дальнейшими действиями обоих, и приставить к себе группу агентов-телохранителей, чтобы подстраховали меня на тот случай, если одно из наших свиданий обернется нападением. Сейчас «Ядовитый» залег на дно, но нехорошее предчувствие сжимает грудную клетку и кричит мне о том, что совсем скоро любитель разбрасываться священным словом «мактуб» даст о себе знать.
И возможно именно сейчас, находясь под прицелом взглядов Джейдана и Ильдара, я нахожусь на мушке у ядовитого любовника. А точнее в сантиметре от иглы, пропитанной ядом, что он намерен отравить мою кровь.
Правда, Джейдан умудряется делать это ментально, не прилагая к этому никаких физических усилий. И нечто неуловимое, невидимое, звериное, исходящее от него, пугает еще больше, особенно на контрасте волн нежности и заботы, исходящих от Ильдара.
