Как я уже не раз говорила, деньги не всегда показатель силы, а, как известно, сколько бы ни стоили картины художника, у творческих людей всегда «то пусто, то густо»."
"– И, тем не менее: я не товар, Ильдар, – колко напоминаю я, отстаивая свое женское достоинство. – Ну, все, я же дала согласие, Престон, – обращаюсь к Джейдану, ощущаю, как сковывает приятным холодком кожу на затылке. – Почему ты все еще здесь? – доверительным жестом аккуратно опускаю голову на плечо Ильдара, обхватываю его ладонь кончиками своих пальцев, с удовлетворением наблюдая за вспыхнувшими бесноватыми искрами, танцующие по орбите синей радужки глаз Джейдана.
Всего лишь на доли секунд, Престон окидывает меня и Видада взглядом вершителя кровавой вендетты. Признаться, мне это нравится, до безумия. До мурашек. Еще больше льну на его глазах к другому мужчине, дабы довести его демонов до края.
Тебя возбуждает это, не так ли al`asad?
Ревность, желание приручить и поставить меня на место, подмять под себя.
Но у тебя ничего не получится.
Черт, иногда я заигрываюсь в нашу негласную игру, совершенно забывая о том, что с вероятностью девяносто девять процентов сейчас нахожусь в обществе серийного убийцы.
– Уже ухожу, – равнодушным тоном отрезает Джейдан, и, приподнимая брови, добавляет: – Сегодня вечером работаю с еще одной новой натурщицей. Хочу попробовать на ней новую технику, – оглядывая меня самодовольным взглядом, поясняет Джейдан.
Подавляю в себе тихое недовольное рычание обиженной пантеры. – Для вас, Ильдар, картина Рики будет особенной. Для меня такие коммерческие проекты, поставлены на «поток», обычное дело, – интонацией подчеркивает слово «поток» Джейдан, доводя меня до обжигающей грудную клетку ярости.
Ах вот оно что. Я всего лишь песчинка в потоке песка, ускользающего сквозь его пальцы. Незаметный, ничем не выделяющийся «мазок» кистью. Я поняла намек, Джейдан Престон.
Посмотрим, как изменит твое мировоззрение наша встреча в мастерской.
Ильдар правильно выразился, сравнив меня с цветком. Как бы банально это не звучало, но я ассоциирую себя с нераспустившейся дикой розой, с острыми, способными расцарапать до крови, шипами. И мне, как и любой розе, хотелось бы быть особенной, для того самого «принца», как из сказки Экзюпери. Мы, девушки, по своей природе банальны в данном вопросе.
