Мактуб. Пески Махруса

— То есть Ильдар или его подельники могут появиться в любой момент? Нам остается сидеть тут и ждать? — недоверчиво спрашивает Эрика.

Ее сердце колотится все быстрее по мере того, как нарастают паника и страх. Я глубоко вдыхаю ее аромат. Она пахнет медом и чем-то еще, свойственным только ей — сладким, чувственным. Уступаю соблазну и пробую кончиком языка аккуратную впадинку пупка, замечая, как Эрика втягивает живот, напрягая брюшные мышцы пресса. Вкусная строптивая девочка…

— Он придет один, Рика, — заставляю себя мысленно вернуться к обсуждаемой теме.

 — Я уверен. Ты для него — сфера личных интересов. К тому же он в Кабусе чувствует себя в безопасности.

— Думаешь, Ильдар решит, что здесь его ждет человек, которого он послал купить меня?

— Вероятность есть, но ублюдок может быть уже в курсе, что лагерь подвергся зачистке отрядом АРС. И, скорее всего, так и есть. Он будет действовать осторожно и наверняка явится с пушкой, но и мы с тобой не совсем беззащитны, — я сейчас имею в виду не только выкупленное у торговца оружие, но и нашу спецподготовку.

 — К тому же Видад точно не знает, с кем ему придется иметь дело.

— Как мы вывезем его отсюда? Сам сказал, что в отеле повсюду охрана, не говоря уже о камерах.

— Оставь это мне, Рика. Ответь предельно честно на один вопрос.

— Какой?

— Когда вы готовились к операции, у вас был план отхода на случай, если что-то пойдет не так? Какое-то оговоренное место, где можно укрыться, связаться с Управлением и дождаться подмоги?

— К чему этот вопрос, Престон? — она снова напрягается, пальцы, перебирающие мои волосы, замирают.

— Мне нужны координаты, Эрика, — произношу я металлическим тоном.

— Зачем?

— На случай, если что-то пойдет не так.

— Это я поняла, но что может пойти не так?

— Рика!

Подняв голову, бросаю на нее жёсткий взгляд. В бездонных океанах глаз сменяют друг друга многочисленные оттенки чувств и эмоций: сомнение, тревога, страх, подозрение. Эрика мне не верит, боится, и правильно делает.

Если бы на моем месте был кто-то другой, то, назвав координаты, она бы подписала смертный приговор себе и Хассану, если тот ещё жив.

— Возможно, тебе придется уходить одной. Без меня.

— Нет, — качнув головой, бормочет она, ужас плещется в расширившихся зрачках. — Нет. Ты не поступишь так со мной снова.

— Не плачь, детка. Еще ничего не случилось. Я по-прежнему здесь.

— Я не плачу… — обманывает меня Эрика, стирая ручейки слез, капающие из уголков глаз.