Мактуб. Принц Анмара

— Твоим, хочешь сказать? — резко уточняет Рика и громко вздыхает, когда, сдвинув в сторону полоску кружевных трусиков, я даю волю своим пальцам, которые безошибочно находят все самые чувствительные укромные местечки моей осмелевшей жены.

— Готова начать? — не дожидаясь ответа, приподнимаю ее бедра и насаживаю сверху на каменный член. Наконец-то. Наши губы и тела соединяются одновременно. Стоны, дыхание, биение сердец сливаются в унисон. Время останавливается, стирая свои границы, пока мы берем все, что оно задолжало нам на часы разлуки, и никакая сила не способна сейчас оторвать нас друг от друга.

Мы выдыхаемся только на рассвете, когда первые солнечные лучи окончательно выгоняют полумрак из пропахшей сексом спальни. Вместе принимаем душ и, не разрывая объятий, обессиленно падаем на смятую кровать. Удовлетворённая и уставшая Эйнин сворачивается у меня под боком, блуждая нежными пальчиками по моему телу. Моя отяжелевшая голова и натруженный организм нуждаются в полноценном отдыхе и сне, но у Эйнин, конечно же, другие планы.

Пришло время вопросов, на которые я обещал ответить. И мне приходится сдержать слово. Как на допросе с пристрастием. Не опуская ни одной мелочи. Четко, коротко, по существу. Когда я отвечаю на последний вопрос, она вдруг замолкает на несколько минут. Я даже успеваю подумать, что ее сморил сон. Опустив голову, я натыкаюсь на внимательный, изучающий и совершенно неспящий взгляд Эйнин.

— Разочарована, что я не принц? — с мягкой иронией спрашиваю я, шутливо щёлкнув ее пальцами по вздернутому носику.

Она хмурится, явно озадаченная моими словами.

— Даже не знаю, что хуже — быть женой будущего короля или директора спецслужб. Оба варианта не оставляют ни малейшей надежды на спокойную размеренную и уединенную семейную жизнь, — выдает она весьма странную концепцию видения нашего совместного будущего.

— А ты хочешь тихой семейной жизни? — с сомнением спрашиваю я.

— Я не хочу бояться, Джамаль, — быстро отвечает Эйнин.

— Если любишь кого-то, то всегда испытываешь страх потери.

Это неизбежно. Все эти дни я боялся, что ты не дождешься меня и уедешь вместе с отцом и братом в Нью-Йорк, — я накрываю ладонью ее щеку, большим пальцем лаская распухшие от страстных поцелуев губы.

— Я бы вернул тебя, но мне было бы чертовски больно.

— Я бы осталась в любом случае, Джамаль, — произносит она. Ее взгляд прямой, искренний и уверенный.

— Почему? — хрипло спрашиваю я, ощущая, как грудную клетку сдавливает очередной спазм.