Мактуб. Принц Анмара

В распахнутых, снова серебристых глазах мелькает изумление и испуг, только подхлестывающие мою ярость. Второй рукой сгребаю рыжие локоны на затылке, оттягивая голову назад.

— Что за пойло ты мне дала? — грубо спрашиваю я. — Может не врали жители деревни, и ты правда ведьма, Аида?

— Нет, клянусь, — она трясется от страха, по щекам стекают отчаянные слезы, но не пытается пинаться или сражаться со мной. Опомнившись, убираю пальцы, отпуская ее. Прижав ладонь к горлу, на котором наверняка останутся синяки, Ида отползает в сторону, горько рыдая.

 — Я хотела, чтобы ты забыл о проблемах и вспомнил обо мне, — пытается оправдаться она. Черт, а пойло и правда сработало, я на время отвлекся и… вспомнил, но совсем не об Аиде. Дернув головой, сбрасываю остатки дурмана.

— Больше никаких твоих волшебных чаев, поняла? Хочешь заниматься этой ерундой возвращайся в деревню и испытывай свои чары на местных мужиках, которые, уверен, не успели забыть тебя, — свирепо бросаю я.

— Никогда. Клянусь, Джамаль, — торопливо обещает Ида, мелко вздрагивая от пережитого стресса.

— Опоить меня вздумала. Совсем свихнулась, — жестко ухмыляюсь я, постепенно успокаиваясь. Подняв зад, подтягиваю брюки и затягиваю их. — Я почти угадал, когда говорил про приворотное зелье. Только как видишь оно подействовало не так, как ты ожидала.

— Нельзя приворожить мужчину, мысли которого принадлежат другой, Джамаль, — охрипшим голосом произносит Аида, и я удивленно смотрю в ее наполненные слезами глаза.

 — Ни травами, ни колдовством. Это все миф. Мне все равно, кто она. Но ты наш муж. Наш с Лейлой. Мы не заслужили твоего пренебрежения.

— Это Лейла вбила в твою голову мысли о другой женщине? — нахмурившись, требовательно спрашиваю я.

— Я не слепая, сайиди, — поспешно надевая платье, с горечью произносит Аида. Встав на ноги, она окидывать меня изучающим печальным взглядом. — Я больше не стану навязываться тебе, Джамаль.

Ты знаешь, где находится моя спальня.

— Да, что за Шайтан в тебя вселился, женщина? — Ида впервые осмелилась упрекать меня и выставлять условия. Ей больше свойственны покорность и смирение, а значит, тут точно не обошлось без влияния Лейлы.

— Шайтан тут не причём, сайиди, — хриплым шепотом отвечает она, и добавляет громче, вскинув подбородок и уверенно глядя мне в глаза. — Я хочу своего мужа. Только и всего.