Малая: Жизнь после тебя

То ли из-за пломбира, то ли из-за долгих игровых развлечений, страшно пересохло во рту.

— Сериал называется «Черная гроза»! — выкрикиваю я, залпом осушив стакан воды. — Поищи, пожалуйста.

— Я не разбираюсь в современном телевидении, — ответно доносится из гостиной. — Давай лучше сама.

Расставив на подносе чашки, я семеню в гостиную и застаю неожиданную картину. Север, сидя на корточках, с силой колотит по диванной ножке.

— Опоры расшатались, — поясняет он, выпрямившись. — Теперь будет стоять ровнее.

Пробормотав «спасибо», я небрежно плюхаю поднос на журнальный стол, и решительно шагаю к нему.

— В чем дело? — Его взгляд растерянно скользит по моей переносице к шее.

— Ты о чем? — уточняю я, обвив руками его шею.

— О продолжении, на которое можно не рассчитывать.

Я щурюсь.

— А ты против?

— Совсем нет. — Север прочищает горло. — Просто не ожидал.

— да, ты выглядишь смущенным. — Встав на цыпочки, я заглядываю ему в глаза.

Его ладони ложатся мне на поясницу, дыхание касается губ.

— Если только совсем немного.

50

Слияние наших губ вызывает во мне целый взрыв эмоций. Таких, что из рта вылетает глухой стон, а пальцы сами впиваются ему в волосы.

— Девочка… — Шумно выдохнув, Север сгребает меня в охапку и прижимает к себе, так что трещат кости.

Эйфория уверенно заражает собой каждую клетку моего организма. Меня так давно не трогал мужчина. Меня так давно не трогал он.

— Хочу секса… — шепчу я, вцепившись в края футболки Севера. — Я хочу секса с тобой…

Вместо ответа Север рывком подхватывает меня под бедра и, развернувшись, прижимает к стене.

Я и не помню, когда была настолько возбуждена. Жар его тела опаляет соски даже через слои одежды, в промежности мучительно ноет, голова плывет.

— Сними… — Сама не знаю, что именно я под этим подразумеваю: то, что Север должен раздеть меня или раздеться сам. Хороши оба варианта.

Глотнув воздуха, я с новым рвением отдаюсь поцелую.

— Так так пахнешь… — бормочу, трогая языком уголки его губ. — Не знаю, почему мне так нравится твой запах…

— А мне нравится твой.

Его живот все такой же твердый, как я помню, если не тверже. Кожа такая же гладкая. Протолкнув пальцы выше, я царапаю его соски. Никогда такого не делала, но сейчас почему-то хочется.