Мальчик в свете фар

Кофе на вкус был как бурда, но она впихнула в себя коричневую жидкость. Взяла ручку.

Горящий кукольный дом?

Один и тот же след, да?

«Братья Львиное Сердце»?

Четыре? Семь? Тринадцать?

Четвертое, седьмой месяц, тринадцать.

Она меняла их местами на листочке, но они ни во что не складывались. Седьмое апреля, четвертое августа, тринадцатое что-то. 74?

Тринадцатая, новая жертва, 1974?

Она сделала глоток горьких помоев.

Может быть, маленький бокал пива не повредит?

Просто чтобы мысли заскользили?

Она снова отогнала искушение, глотнув минералки.

И здесь то же самое, да?

Может, она ошиблась. Может быть, это не имеет отношения к Бэмби, да и почему вообще должно? Есть миллион других причин.

Видите, что я могу делать?

А вы не можете меня остановить.

Ручка быстрее забегала по бумаге.

Саксофон? И вся обстановка?

Она почувствовала, что приближается к чему-то.

Возраст? Играет ли роль возраст?

Пальцы все быстрее летали над бумагой.

Черт, она чуть не забыла об этом.

Миа не заметила, как он вошел в паб, и увидела его только у столика.

Лицо далеко в тумане.

– У вас что, не работает телефон? – сказал мрачный голос, в то время как его обладатель опускался в кресло напротив.

– Так как вам вообще удалось достать это видео? – спросила Моссберг, глядя затуманенным взглядом.

Это что, еще одна расстегнутая на блузке пуговица? Пуговица, да? Он только на мгновенье отвернулся, чтобы пожать очередную руку. Рённинг подмигнул и слегка улыбнулся, придвинувшись еще ближе к Веронике.

– О, ты знаешь, – сказал он, положив руку на спинку дивана. – Хороший нюх. Тяжелая работа.

Моссберг фыркнула и покачала головой.

– Нет, ну серьезно, Эрик, мне интересно. Ну скажи мне.

– Ой, да ладно, тут же только мы, – подмигнула Моссберг.

Рённинг сделал отбеливание несколько дней назад. У зубного на Родхюсплассен. Бесконечная возня – поддерживать белизну зубов, надо бы решить эту проблему раз и навсегда. Если он будет чаще выступать на телевидении – это совершенно очевидно, – необходимо будет всегда иметь сияющую улыбку.

Но пока что он решил не торопиться. Неделю назад он был на одном ужине с несколькими инвесторами, что-то связанное с отелем в Дубае, и жена одного из них (а может, любовница, сложно сказать) была похожа на лошадь со своими новыми зубами. Лучше уж оставить свои.

Он еще ближе придвинулся к Моссберг, коснувшись губами ее нежной щеки и почувствовав аромат ее духов.

– Я знаю одно место поспокойнее, – прошептал он.