Мальчик в свете фар

Он же должен был понимать, что они найдут информацию, пусть она и не сохранилась в архивах.

– Думаю, мой клиент хочет воздержаться от… – начал адвокат, но его остановил подзащитный.

Он снял очки и потер лицо.

– Это был не я, – наконец произнес Грегер и покачал головой.

– Не вы? – сказала Миа, снова пролистав бумаги. – Камилле было семь. Хеге – девять. Вы подобрали их обеих по пути из школы под разными предлогами. Обманом заманили к себе в машину. Держали их в плену много часов. Любите маленьких девочек, да? Любите играть?

– Теперь я думаю… – пробормотал адвокат, его лицо покраснело, но Грегер снова перебил его.

– Это был не я, – сказал он угрюмо.

– Вы этого не делали?

– Это вам придется пояснить, – сказала Миа, снова надев дружелюбную улыбку. – Две маленьких девочки? Украденные средь бела дня, против их воли?

– Послушайте, – сказал Грегер. – Я был… у меня было… это было ужасное время для меня. Жена… ушла от меня. Она постоянно врала мне, понимаете? Судья встал на ее сторону. Она получила опеку. Моя дочь… мне нельзя ее видеть с тех пор.

Миа бросила незаметный взгляд через плечо, в сторону зеркала.

– У него есть дочь? – сказал Мунк, обращаясь к Анетте.

– Сорри, мы этого не знали, моя ошибка, – пробормотала светловолосая полицейский адвокат. – Займусь этим.

Она торопливо достала телефон из кармана и вышла из комнаты.

– Ваша дочь? – спросила Миа. – Сколько вам лет?

– Нине. Летом ей исполнится тринадцать.

– Значит, в 2007 ей было семь?

Мунк услышал раздражение в голосе Мии, и он отлично ее понимал.

– Так что?.. – начала было Миа, но Грегер ее перебил.

– Я не оправдываю свой поступок. Это было неправильно. Я знаю это. Конечно, просто… как я уже сказал, это было тяжелое время. Все, что я построил, вдруг ушло у меня из-под ног. Нина была, Нина… да…

Грегер снял очки и вытер что-то, похожее на слезу.

Мунк не мог сказать наверняка.

– Значит, вы скучали по дочери и решили найти кого-то, чтобы поиграть? – сказала Миа, на этот раз без тепла в голосе.

– Да, – кивнул Грегер, потупив взгляд.

Адвокат молча сидел с приоткрытым ртом и выглядел таким же пораженным, как и все слышащие допрос.

– Вы же понимаете, как это звучит? Две маленькие девочки. Похищены.

– Играли? – с сарказмом сказала Миа.

– Вообще-то, я попросил наказания, – быстро проговорил Грегер. – Я не хотел причинить вред девочкам. Я говорил в суде, посадите меня.

Дверь открылась, вернулась Анетте.

– Дочь.