Обострять отношения и хвастать догадками Любим не стал, а вот меры принял, улучшив момент, переговорил с оставшимися двумя воинами и с этого дня они ни при каких обстоятельствах спины тем четверым не подставляли. Естественно это не могло остаться незамеченным противной стороной, но те старательно делали вид, что ничего не замечают, хотя по поведению сразу стало понятно, озадачились. Развязка наступила на третий день, один из группы подозрительных воинов сблизился с Любимом и вдруг, выхватив пистолет, бахнул в его сторону.
Не попал, сотник был настороже и сразу, как только в его сторону было направлено оружие, свесился за коня, а вот ответный выстрел оказался точен, свое оружие он держал наготове. Еще два выстрела со стороны нападавших и спутник, Любима валится с лошади. Трое на двоих, плохой расклад, но выбирать не приходится:
— Не трать заряд, — крикнул сотник второму подчиненному, выхватывая палаш.
Видимо нападающие решили использовать численное преимущество и попытались взять сотника в клещи, однако конь Любима был достаточно обучен, чтобы не подставлять хозяина под удар, он быстро сместился в лево и буквально оттер соперника в правую сторону.
Седок не спасовал, в последний момент взял поправку на сопротивление поставленного под удар клинка и рубанул, вкладывая как можно силы. Достал. Удар, конечно, получился несколько смазан, но его хватило, чтобы противник на секунду потерял ориентацию, поэтому второй удар палаша уже был точен.
Сзади снова раздался выстрел, это второй спутник Любима, отправил пулю в сторону противника, видимо был уверен, что попадет.
Однако в этот момент сотника интересовал третий, у которого приключилась осечка, ссыпался ли порох с полки или кремень не дал достаточно искры, но тот лихорадочно пытался что-то исправить в оружии и только в последний момент бросил возиться с пистолетом, доставая саблю. Ни первым, ни вторым ударом Любим противника не достал, не смотря на то, что палаш значительно тяжелее сабли, тому далось удачно отвести удары и кони разошлись.
Испытывать судьбу последний из нападавших не стал, резко послал коня в галоп назад по дороге, но далеко не ушел, снова бахнул выстрел, это оставшийся воин подхватил заряженное оружие убитого товарища, и почти в упор разрядил его в пытавшегося проскочить мимо всадника.
— «Вот тебе и на», — мотнул головой Любим, сбрасывая наваждение скоротечного боя, — «Это что же получается? Измена?»
И тут ему ясно вспомнилось лицо князя, когда тот отправлял его в путь.
