Теперь до Митяя дошло, что хоть с него никто долг плетьми выбивать не будет, закабалили почище чем в крепость, ведь когда не на свое работаешь сильно стараешься жилы не тянуть, а тут себя жалеть не станешь. Ох и хитры эти иркутские, ох хитры, как дело повернули, работать придется много больше против прежнего, а недовольных не будет. А еще требовалось по весне сделать огород, где будет расти лук, репа, горох… Так и уходил он в сон полный приятных планов на будущее, а ведь тогда думал, что жизнь его на этом сразу и кончится.
* * *"
"Война для Петра развивалась в общем-то не плохо, его пятидесятитысячная армия постоянно нависала над шведами и те были вынуждены сесть в оборону. Карл скрипел зубами от ярости, но ничего поделать не мог, выдержать еще одну такую же битву как под Нарвой он бы может быть и смог, да вот потом чего делать? Ни пороха, ни людей, а король польский — курфюрст саксонский только и ждет того момента, когда можно будет растерзать шведскую корону.
Постоянные попытки уговорить Петра на переговоры ничего не давали, тот просто игнорировал дипломатов, а из Дании постоянно приходили тревожные сведения. Карлу требовалось что-то срочно предпринять, но предпринять это что-то он мог только после получения подкреплений, и они были получены — переброшены флотом в Ригу весной. Теперь у Карла появился шанс нанести русским поражение, однако Петр боя не принял, а быстро снял осаду и отступил под Нарву, как бы приглашая шведского короля повторить прошлогодний «успех».
Вот только король решил поступить иначе, русский медведь силен на своей земле, поэтому его в прямой схватке взять трудно. А вот если напасть на его союзников, то можно выманить русскую армию подальше от своих баз, и там разбить в одной решительной битве. Небольшая часть шведской армии осталась под Ригой, создавая эффект присутствия короля, а другая большая часть в спешном порядке выступила на Варшаву, настала пора вывести поляков из войны.
Впрочем, генералы у царя, несмотря на бестолковость оказались вовсе не глупы и сходу разгадали планы шведов, поэтому конница Шереметьева быстро настигла основное войско короля и повисла у него на хвосте, постоянно угрожая обозам. Так и шел Карл во главе своего войска, сопровождаемый русской конницей, естественно ни о какой скрытности в этом случае не могло быть и речи.
