Маленькая хозяйка большой таверны

Да и охранять ее он не видел никаких причин. Вся эта история, по его мнению, сильно смахивала на выдумку.

К тому же, у него нет свободных людей.

И я снова уставилась на мелькавшие дома и выбоины в мостовой. Впрочем, дома очень скоро перестали мелькать – потому что мы уже приехали, и на меня посмотрел всеми своими вставленными окнами «Королевский Клинок».

О вчерашней страшной ночи свидетельствовали разве что черные проплешины в зарослях плюща вдоль стены и все еще развороченная мостовая – колесо коляски все-таки угодило в одну из дыр, и я, охнув, завалилась на мага.

На миг почувствовала его запах еще сильнее. Голова закружилась, а мое бедное сердце заколотилось как сумасшедшее. Впрочем, я тут же отстранилась, обругав себя мысленно, что веду себя, как подросток в период гормональных бурь.

Перестала так себя вести – вежливо поблагодарила мага, когда он помог мне выбраться из коляски. Вернее, достал, взяв на руки, после чего поставил на землю, заявив, что с моим больным плечом чем меньше движений, тем только для меня лучше.

Тут на меня снова попыталась напасть та самая буря, но я с ней быстро справилась.

– Спасибо! – поблагодарила мага. – Но вы же зайдете внутрь? Я ведь ни разу вас и не накормила, Эдвард!

Улыбнулся, заявив, что ему нравится, когда я зову его по имени.

– Зайду, – пообещал мне, – и вы меня обязательно накормите. Но не сейчас и не сегодня. Возможно, завтра, потому что сейчас у меня накопилось слишком много дел.

Это он произнес с заметным сожалением в голосе, после чего расплатился с извозчиком, попрощался со мной, вскинул руку и исчез в синих сполохах распахнувшегося портала.

А мы остались – я, извозчик и его рыжая лошадь. Смотрели, как исчезали последние магические отблески в дневном воздухе улицы Ремесленников.

– Гм… Ну так это!.. – первым очнулся владелец лошади. – Если юная леди хочет, то можно еще покататься. Могу отвезти юную леди в кондитерскую или же… гм… к модистке, – на этом его фантазия в отношении мест, которые могли меня заинтересовать, исчерпалась.

На его предложение я покачала головой, сказав, что не надо меня катать. Хотела было добавить, что Эдвард Блейз мне не жених, но затем решила, что это к делу не относится.

Отпустив извозчика, побрела к входу в таверну, и из открытых дверей на меня пахнуло ароматом пряной чечевицы и жареного мяса со специями. К тому же оттуда доносились мужские голоса.

Нет, никого не убивали – мирно беседовали и даже смеялись.