Маленькая хозяйка большой таверны

Но я не понимала, не разбиралась во всех этих магических тонкостях!..

– Поэтому мы с Торренсом решили окружить дом, – докончил свой рассказ маг и растерянно потер голову, наверное, подумав, что «окружить» дом вдвоем звучит так себе. – Не понимаю, господин Блейз! Выходит, на нас напали Черные?! Здесь, в столице?!

Но Эдвард не стал ничего ему объяснять. Вместо этого кинул на меня предостерегающий взгляд.

– Я все поняла! – сказала ему быстро. – Стоять здесь, не отсвечивать и никакой самодеятельности!

– Именно так, – согласился он, после чего приказал трем прибывшим с ним магам все же окружить дом графа Орландо.

Затем прошел через калитку и, дойдя до купола, приложил к нему руку. Что-то сделал – полившееся из его ладони сияние на миг заставило магическую защиту пойти рябью.

– Быстро! – приказал сопровождавшим его магам, и они втроем проникли через защитное поле с измененной Черным… гм… полярностью и кинулись бегом к особняку.

Дыра в куполе почти мгновенно затянулась, отгородив то, что происходило в доме графа Орландо, от остального мира.

От нас тоже отгородила.

А я осталась – вместе с братом и тремя магами, которые принялись разгонять высыпавших из ближайших домов зевак. Похоже, это были слуги, подосланные хозяевами ближайших особняков, чтобы те разузнали, что за магический шум на ночь глядя в доме достопочтенного графа Орландо, верного соратника короля Хуго.

– Не такой уж он и верный! – пробормотала я, хотя все еще ни в чем не была уверена.

Не знала наверняка, был ли граф мятежником, хотя по всем моим прикидкам выходило, что Черный все-таки обнаружил гнездо Лилий в самом сердце Виллерена. И теперь старательно его ворошил, а в этом ему помогало несколько королевских магов во главе с Эдвардом Блейзом.

Как иначе объяснить то, что интенсивность магических вспышек внутри особняка графа Орландо только нарастала? Там шел бой, и он набирал обороты.

Тут купол, моргнув на прощание, исчез, и я подумала… Признаюсь, я подумала, что Черный все-таки ушел к своим Богам. Но я, опять же, ничего не знала!

Переживала за всех – беспокоилась не только за Эдварда и его людей, но еще и о том, чтобы никто из шайки проклятого Апарди не сбежал, потому что они обязательно должны понести наказание за все, что сотворили.