Маленькая опера

Мама обняла Витю и назвала дурачком. Сказала, мы же не семья шахидов, мы гордимся живыми. В театре вообще никто не умирает взаправду. Всё только врут и притворяются. Витя тоже будет притворяться. Иначе мама первая бы не пустила Витю в артисты.

Тут пришёл режиссёр и научил так обвисать, чтобы зал рыдал и верил.

Ну и вот. Прошло 16 лет. Сейчас Витю зовут работать программистом в Google, а он отказывается. Устроил театр в старой кочегарке. Притащил фонари, стулья, тряпки. Набрал где-то тощих истеричек. Все вместе ставят «Галатею».

Курят и матерятся без меры. Мать называет Витю шибанутым театралом. Но глядит с бесконечным восторгом.

Парикмахера Таню звали замуж, чтобы не платить за стрижку, в основном. Трижды грабили. Лишь умение поджечь струю лака для волос спасало бизнес.

Однажды сквозь Танину парикмахерскую пробежал человек с топором в спине. Следом пробежал его лучший друг со вторым топором в руках. В тот день Таня захотела уехать на юг. Туда, где права человека распространяются также и на парикмахеров.

Проще было бы притащить юг в Подмосковье, но Таня справилась.

В новой стране ей предложили две работы: в мужском салоне и в передвижной парикмахерской для собак.

Салон не подошёл. Там эпилировали зону бикини геям. Если дёрнуть гея за волосы в паху, оказалось, он орёт как простой мужик. Взвесив условия труда, Таня подумала «люблю собак!»

Ей выдали фургончик с ванной, феном и косточками. Первая собака-клиент жила в роскошном доме. Дверь открыла горничная. Таня сказала, стрижка собак, заказ номер такой-то.

Горничная пожала плечами и отвела Таню к огромному людоеду. Таких редко стригут из-за высокого расхода парикмахеров. Других собак в доме не было.

– Обед! – обрадовалась собака.

– Как быстро пронеслась жизнь! – удивилась Таня.

Клиентка щёлкала зубищами. Она не хотела стричься. Но всегда хотела съесть парикмахера.

Горничная помогать отказалась. С её слов, зверь был послан на землю воздать людям за грехи. В день, когда лопнет его цепь, погаснет солнце. Горничная не хотела бы торопить события.

Но согласилась отправить в Россию останки парикмахерши, если таковые случатся. Она сварила кофе и села смотреть как тёмные силы едят дураков.

Таня называла пёсика зайчиком и пусиком. Предлагала колбасу и деньги. Показывала на местной кошке плюсы современных стрижек. Собака не слушала. От каждого её рывка город чуть-чуть сползал к морю.

Таня пробовала гладить собаку лопатой и чуть не потеряла руку.

Горничная вскакивала и кричала: «Брава торрера».