В целом, ведь, так и есть, но у меня всё больше вопросов к дио Хэмису. С другой стороны… я сама перестала расспрашивать своего наставника. Дио Хэмис был уверен, что ко мне постепенно возвращается память, и я решила, что будет лучше не переубеждать его в этом. Особенно с тех пор, как поняла, что не являюсь Эммилиной Эон Нидао.
— Лантари, в некотором роде, развязало обществу руки, — продолжает его сиятельство. — Раз стало возможным контролировать зачатие и не бояться рождения бастардов, то и потребность в сохранении невинности благородной невесты до брака отпала.
Постепенно это стало личным этическим решением каждой благородной дэи.
Он говорит это без осуждения, словно признавая права женщин делать выбор наравне с мужчинами. Чем больше я узнаю это общество, тем больше замечаю, что женщины сами определяют своё положение в нём. Даже то, что они, к примеру, не хотят заниматься управлением земель — всего лишь их собственный выбор."
"— Благородные дэи и дио живут гораздо дольше простолюдинов, и имеют отменное здоровье.
Но ты могла заметить, что среди знати почти нет семей, где было бы более двух детей, — он смотрит на меня, ожидая реакции, я киваю, и он продолжает: — Зачатие ребёнка стало проблемой. К тому же каждое семейство рассчитывает количество детей, исходя из вопроса наследования. Если первым рождается мальчик, а у семьи лишь одно земельное владение, то, как правило, супруги возобновляют приём настоя лантари.
Ведь если родится второй мальчик, он станет безземельным лордом… что крайне не приветствуется монаршей семьёй.
Монаршей семьёй... Это сочетание неожиданно режет слух. Я была так загружена собственными проблемами, что некоторые очевидные вопросы до последнего времени даже не посещали меня.
— Король… он одинок? Кто наследует трон сейчас?
— Королевы нет в живых. Трон наследует принц.
— Принц? — во мне смешивается облегчение и удивление. Наверное, если бы я чаще общалась с кем-то из своего круга, я бы давно об этом знала.
Но моё общение с аристократами как-то сразу не заладилось.
— Его Высочество находится на северной границе последние несколько лет и практически не возвращается в столицу, контролируя ситуацию с новыми северными княжествами. Он стремится не допустить их объединения и хочет взять под контроль некоторые ключевые земли. Король контролирует ситуацию внутри королевства. Принц — на границе.
