По зависшему лицу и дёрнувшемуся глазу Алекса понимаю, что сам он долго будет пытаться переварить это, поэтому поясняю:
— Я хотела сделать город более красивым. Чтобы людям там было комфортно жить…
— То есть… хотела сама что-то построить?
— Нет, не совсем. Представь, есть территория, и она хаотична, не продумана. А я ищу способы сделать её удобной и красивой, решаю, как в неё впишутся уже построенные дома и улицы… Я не строю, я проектирую… создаю образ. Строить будут другие по моим чертежам и под моим надзором.
— Думаю, ты единственная в королевстве, кто обладает подобными знаниями… — его голос звучит задумчиво.
"
"— Сомневаюсь. В столице часть площадей спроектированы и парки тоже. Кто-то же сначала продумал их вид, прежде чем построить. Это как раз то, что я делаю… делала…
— Эм?
— М?
— У тебя есть несколько городов.
Хм…
— И много территорий, на которых можно строить новые города, если не хочешь переделывать старые…
Этот момент, до сих ускользал от моего внимания. В последние месяцы я думала лишь о том, как заработать побольше салеров.
Поднимаю голову и упираюсь взглядом в бесконечность. Кажется, что сами звёзды подмигивают с небес. Может, в моём появлении в этом мире был какой-то замысел свыше?
Посильнее закутываюсь в плащ и укладываюсь спиной на плед. Так проще рассматривать небо… и его лицо.
— А о чём мечтал ты?
— Я оставлю ответ на этот вопрос при себе, Эмма. Ты мне не поверишь. А я не смогу ничего доказать.
— Откуда ты знаешь, что я не поверю, если даже не попытался узнать?
Только что, он расслабленно следил за игрой волн в лунном свете, а теперь снова пытается залезть взглядом мне под кожу:
— Ты не доверяешь мне.
..
Хочу что-то возразить, но под его взглядом забываю, даже о чём спорили.
— Знаешь, как сложно держать себя в руках рядом с тобой? Особенно сейчас, когда ты такая…
— Какая? — почти шёпот.
Ласково улыбается и протягивает руку к моему лицу. Едва касается кончиками пальцев шеи, проводя по прилипшей мокрой пряди волос.
— На твоей коже танцует свет луны, он путается во влажных волосах…
Подхватывает подбородок и подушечкой большого пальца мягко давит на центр нижней губы, слегка оттягивая её вниз.
— Твои губы дрожат от холода…
Наклоняется, упирается лбом в мой лоб, заглядывает в глаза.
— И я знаю, что под тонкой чёрной тканью ты практически раздета…
Тихий, почти ровный голос, который по интонациям так рознится с горящим даже в полутьме взглядом.
Кажется, меня трясёт. Не только губы, всё тело. И точно не от холода.
