Обнимаю себя за плечи, неосознанно пытаясь закрыться, и шагаю к дверям в свои комнаты. Ощущаю неловкость.
— Эм?
Всё же мне хватает воспитания не уговаривать мужчину… нарушать свои принципы.
Алекс преграждает дорогу, оказываясь передо мной.
— Подожди, моя хорошая. Не уходи. Ты… всё не так… прости… — нервно сглатывает. — Хочу тебя до дури… просто боюсь всё испортить.
Замираю в растерянности от такого откровения. Демон делает маленький шаг, становясь вплотную. Нависает надо мной своим ростом. Осторожно ведёт кончиками пальцев по плечам, подцепляет бретели, на мгновение замирает и спускает их с моих плеч.
Перестаю обнимать себя, опускаю руки, позволяю тонкой ткани стечь на пол. Чувствую лёгкое касание ночного бриза на обнажённой коже. Щекотание рассыпанных по плечам волос. Покрываюсь мурашками под его взглядом. Сама так и не решаюсь поднять на него глаза.
Слышу гулкий стук сердца, но не понимаю моё это или его.
Сжимает горячие пальцы на талии, заставляя пятиться, пока не опускает на постель, спиной ощущаю шелковистую прохладу одеяла.
— Ты моя, Эм. Ты же понимаешь, что я не отпущу тебя? — нависает надо мной, пытается поймать взгляд, правой рукой всё сильнее сжимает талию, но при этом подушечкой большого пальца ласкает рёбра.
Киваю, как зачарованная.
Сочетание властного сжатия и слишком нежного поглаживания заставляет внутренности сжиматься и плавиться.
Если он сейчас отпустит меня, то я банально разревусь…
Алексион-Кэ́ссим
Её глаза прикрываются, а хрупкое тело доверчиво выгибается навстречу.
Тёмные волосы разметались по постели, а мягкие губы слегка приоткрыты.
Меня штормит от неё.
Я слишком привык ждать и теперь пытаюсь примирить разум с реальностью, осознать, что она не сон и впервые это происходит не в моём воображении. Боюсь причинить боль.
Перемещаю её так, как будет удобнее.
Целую скулы, медленно ведут дорожку из поцелуев от подбородка к уху, спускаюсь вдоль шеи к ключицам. Каждое касание, как сладкий ожог расползается волнами по телу, заставляя внутренности плавиться и гореть одновременно.
Избавляюсь от последнего, разделяющего нас слоя ткани и медленно соединяю наши тела.
Эмма всхлипывает, пытается прижиться сильнее, но тут же вздрагивает, закусывая губу, и распахивает глаза.
— Больно?
Мотает головой и подаётся навстречу.
Ложь. Знаю, что ей больно и удерживаю её. Замираю, давая привыкнуть к себе. Стараюсь быть очень осторожным.
Скольжу ладонью по нежному телу, касаюсь бёдер.
