— Даже не мечтай! Меня тошнит от тебя, — в сердцах кидает Айзек, повышает голос, снова не сдержав эмоции.
Ни постельные игры, ни дети Эммилину не интересуют, но нравится манипулировать этим, видя бессильную злобу в глазах красивого супруга.
Эммилина чувствует его страхи, плетёт свою уютную паутинку, маленькими шажками продавливает его волю, пока он окончательно не запутается и подчинится, удивляясь тому, в какой момент была пройдена точка невозврата. Эммилина в своей стихии.
— Что ты сказал?
— Я сказал, что не буду спать с тобой.
Ты стала мне отвратительна.
Она поднимается и делает шаг к нему. Медленно проводит алыми ноготками по напряжённой мужской шее:
— Мой милый, Айзек. Здесь я решаю, что ты будешь, а чего не будешь делать. И что, и когда тебе хотеть. Подумай хорошенько. Я могу лишать тебя всего очень медленно… устраивая проблему за проблемой. А могу разом сломать твою жизнь. И поверь, сделаю так, чтобы тебе было очень больно.
— Стерва! Психопатка! Ненавижу тебя!
Эммилина задумчиво смотрит на мужа.
За свои слова он, разумеется, заслужил наказание. В светлой головке зарождается новый план.
В доставленных курьером пакетах лежат весьма интересные покупки. Например, комплект госпожи “для начинающих” и пять упаковок снадобья под названием “Виагра”. Эммилина обдумывает ряд комбинаций и последовательностей. В её головке чудесно совмещаются капли для сна, наручники и, собственно, эта загадочная “виагра”. О, она вовсе не собирается удовлетворять похоть мужа, просто немного проучит, чтобы в будущем трижды думал над каждым своим словом.
Кажется, для бывшей герцогини намечается новое развлечение. Её губы растягиваются в неприлично широкой улыбке.
— Твой единственный вариант, Айзек, быть очень хорошим мальчиком и во всём меня слушаться. Поэтому ты будешь делать то, что я скажу. Носить голубые линзы, потому что я так хочу. Надевать то, что я разрешу, улыбаться, когда я разрешу и ездить туда, куда я скажу… и когда я скажу."
"Эммилина запускает коготки в волосы мужа, сжимает их в кулак и слегка оттягивает назад, заставляя того слегка запрокинуть голову, а затем наклоняется и шепчет, едва касаясь губами его уха:
— Обещаю, я буду нежной с тобой… возможно… если будешь хорошо себя вести.
Эпилог. Первый танец
Две недели спустя.
Карета мягко покачивается, приближая меня к столичному дворцу. Сердце то сжимается в нетерпеливом ожидании, то замирает от предвкушения, то разгоняется от волнения.
Я очень соскучилась по голубоглазому демону...
