Маленькая хозяйка замка Шгрив

— Да кому она нужна, твоя подделка? Сумасшедшей бабке отдала твоё дешёвое ожерелье!

— Дешёвое? — Тиль переглянулась с Лией и весело хмыкнула, — ну и дура же ты! А шриланский жемчуг за подделку приняла!

Возникла пауза. Её светлость и горничная с умилением наблюдали, как постепенно перекашивается лицо бывшей служанки в бессильной ярости и покрывается красными пятнами.

— Аглая, ты не волнуйся так, ну профукала драгоценность, с кем не бывает? — участливо издевалась над поломойкой Тиль.

— Вы никогда отсюда не выйдете живыми! Чёрному Готу без разницы, чьей кровью его напоят, служанки или аристократки! — задыхаясь от ненависти, прорычала женщина, разворачиваясь и уходя прочь.

 — И я не Аглая, я Берта!

Глава 23

Они не выходили из портала, а вываливались по одному и оказывались по колено в ледяной воде. Ругательства на все лады и степени витиеватости огласили узкую полоску побережья острова Шлак. «Демоны!» и «Прилив… чтоб его!» — были самыми пристойными. Наёмники же молча снесли незапланированное намокание. Их вообще, казалось, невозможно ничем расстроить, смутить или вывести из равновесия.

Готовые к любой неожиданности, эти пять парней молча вышли на песчаный берег и рассредоточились по пляжу на некотором расстоянии друг от друга, зорко оглядывая незнакомую местность.

— Ятидрёный хряп! — Гарольд не удержался на ногах, когда неожиданно большая волна ударила его ниже спины. Он упал на колени, погрузившись в стихию по самую грудь, успев «насладиться» вкусом солёных брызг. Сплюнул. — Что за напасть! Костра, как я полагаю, не будет, — не спрашивал, утверждал.

Промокший, он выбрался из вод Открытого моря и был явно раздосадован, в заплечном мешке отсутствовали запасные штаны. Рассеянность и спешка были результатом такого промаха. Балласт в виде изнемогающего от насморка графа во время операции по поиску девушек, сопровождаемой возможными опасностями, подверг бы друзей лишним переживаниям.

Ирвин молча протянул ему флягу. Харук, кивнув, благодаря, не задумываясь, от души хлебнул из горлышка и задохнулся, когда неожиданно горло опалила огненная жидкость.

— Что это? — просипел он.

— Самогон… э-э, считай, что семидесятипроцентный виноградный бренди — то, что тебе сейчас нужно, — участливо похлопал его по плечу Бреун и сунул в руки незадачливого товарища сухие бриджи."

"Дункан огляделся. Унылая картина: пустынный ландшафт — сыпучий барханник с редкими измождёнными кустиками неизвестного растения, тяжёлое серое небо и ветер, порывистый, холодный, пронизывающий.