Я смываю всю кровь с ее тела губкой, затем беру ее обычный шампунь и намыливаю им ее волосы. Она постоянно соскальзывает под воду, и это меня чертовски раздражает.
Удерживая ее на месте, я одной рукой снимаю одежду, даже балаклаву, и залезаю к ней сзади, чтобы она не шевелилась, пока я мою ей волосы. Я удовлетворенно вздыхаю от того, как идеально она прижимается ко мне, ласкаю ее сиськи и пощипываю соски, заставляя ее тихонько вскрикивать.
Она все еще без сознания, когда я вытираю ее насухо, чищу зубы и целую, затем укладываю в постель.
Я надеваю свежую одежду — толстовку с капюшоном и спортивные штаны, чтобы скрыть свои татуировки, — и снова натягиваю балаклаву, сидя на комоде с сигаретой, пока она спит.
Голая. Обнаженная. С клеймом в виде моего рта и моих инициалов, выжженных на ней, и маленькими порезами от моего ножа. Она выглядит идеально. Она выглядит как моя.
Я докуриваю и забираюсь в постель рядом с ней, сам чувствую усталость, но не могу уснуть - она проснется раньше меня и попытается убежать.
Она не может меня бросить. Только не снова.
Я притягиваю сестру к себе - идеальную маленькую ложечку, мой кусочек головоломки - обхватываю ее руками и целую место за ее ухом. Мягкие, целомудренные поцелуи. Она вздыхает, покачивая бедрами, и я откидываюсь назад, чтобы посмотреть, как ее попка трется о мой твердеющий член.
Мне вспоминается тот первый раз, в моей постели, когда она подумала, что я сплю, и потерлась задницей о мой член. В тот момент я был чертовски близок к тому, чтобы довести дело до конца, но я был девственником, и независимо от того, был я самоуверенным дрочером или нет, Оливия заставляла меня нервничать.
Она и сейчас заставляет.
Я толкаю Оливию на спину и устраиваюсь между ее ног, стягивая боксеры с задницы, чтобы мой член оказался на свободе. Я сжимаю в кулак основание, поглаживаю его один раз, а затем касаюсь им ее клитора, заставляя ее напрячься и шире раздвинуть ноги для меня.
Я скольжу своей проколотой головкой по ее мокрым складочкам и легко проникаю в ее отверстие; она берет меня, ее киска обхватывает мою головку и заставляет меня дергаться.
Одной рукой я сжимаю подушку рядом с ее головой, а другой хватаю ее за горло, и ее глаза распахиваются, когда я сжимаю ее - как раз в тот момент, когда я делаю один жесткий толчок в нее.
Умница, Оливия. Не спи, блять, пока я беру тебя вот так.
У меня еще не было миссионерской позы, когда она не спала, и я хочу, чтобы она смотрела мне в глаза, пока я ее трахаю.
