Он что-то делает руками, и я сужаю глаза, а потом смотрю на маму. Она разговаривает с женщиной, а мой папа пишет на листке бумаги. Я поворачиваюсь к мальчику, и он снова что-то делает руками.
— Страшно было в самолете? Я всегда плачу, когда он летит очень быстро и взлетает в небо! Папа всегда заставляет нас лететь на таком самолете. Теперь он и твой папа тоже!
Он просто смотрит на меня, подняв руку к затылку, а затем взъерошив свои кудрявые черные волосы.
Я собираюсь снова повернуться к родителям и задыхаюсь, когда мальчик берет меня за запястье, заставляя меня перевести взгляд на него.
Он снова двигает руками, и я моргаю, глядя на него.
В замешательстве я наклоняю голову, как он это делал минуту назад, и мои каштановые волосы закрывают мне глаза.
Он показывает на вращающиеся двери и протягивает мне руку. Мама и папа все еще разговаривают с женщиной, поэтому я позволяю ему взять меня за руку, и мы бежим к двери. Может быть, он хочет поиграть в прятки? Я очень хорошо умею находить отличные места для пряток.
Я хихикаю, когда мои кукольные туфельки стучат о пол, а мои волосы разлетаются в разные стороны.
Когда я была в другом доме, девочки и мальчики всегда играли в игры: мальчики гонялись за нами, и если они нас ловили, мы должны были идти в тюрьму. Нас было так много. У меня было много друзей! Но потом пришли мама и папа, нашли меня и привели в свой дом.
Он такой большой, и мама сказала, что на день рождения мне подарят собаку, если я буду хорошо себя вести. Это будет мой первый день рождения с ними, и я не могу дождаться, когда получу свой первый в жизни подарок.
— Куда мы идем? - спрашиваю я, когда он продолжает тащить меня через аэропорт, уворачиваясь от всех этих занятых людей, которые намного выше нас. Я спотыкаюсь и с визгом падаю вперед, но мальчик ловит меня и поднимает на ноги.
Мы снова бежим, и я снова начинаю смеяться. Мальчик останавливается у двери, оглядывает нас и затаскивает меня внутрь. Я задыхаюсь и пытаюсь вырваться, когда вижу, что мы находимся в ванной комнате, полной мальчиков.
Схватив меня, чтобы заставить поднять на него глаза, он снова что-то делает руками, а потом показывает на себя. Когда я все еще не понимаю, что он делает, он показывает на свой рот и качает головой, затем показывает на мой рот и кивает.
— Ты не можешь говорить?
Он снова качает головой, и мои глаза расширяются.
— Ничего страшного. Я так долго не могла говорить! Я могу тебя научить.
Раздраженный, он закатывает глаза.
