Как при полёте вниз на высоких качелях.
В его квартире темно.
Ложусь спиной на стену, меня плавят эмоции, бьющие от него. Настолько сильно, что не могу отделить их от своих. Колени подкашиваются. Пальцы уверенно сжимают мой подбородок. Поднимает лицо, ловя мой взгляд.
В его глазах не вопрос, там кнопка ""пуск"". И он хочет, чтобы я на неё «нажала». И я нажимаю:
– Мой Зверь хочет крови…
Закрывая глаза, он прижимается своим лицом к моему. Пронзительно… Это очень пронзительно, больно и сладко... я слышу его тихий стон.
Одежда с наших плеч падает на пол. Я оказываюсь вжата в стену.
Его дыхание горячее…
Мы не целуемся, но голова кружится еще сильнее от такой близости. И на секунду мне кажется, что он сорвётся, и сейчас всё случится прямо здесь – быстро, несдержанно, жёстко.
Мне всё равно, как это случится. Я просто его хочу. Очень!! И могу легко спровоцировать сейчас этот несдержанный секс. Но я не мешаю ему сделать так, как хочется ему. Всё-таки, я сегодня – подарок. Пусть примет его так, как ему вкуснее.
Он оседает. Руки скользят под мою длинную юбку, я поднимаю её выше.
Тянет вниз бегунок молнии сапожка.
Этот звук в тишине… как выстрел в низ живота, там всё вибрирует от возбуждения.
Поднимается.
Глубокий вдох...
– Ты же понимаешь, что я тебя не отпущу, – от его шёпота в моем затылке точно такие же вибрации, как в животе."
"Меня забавляет его вопрос. Кто из нас «добыча»? Свою я не отпущу точно!
– А ты?…
– Да. И надеюсь, что тебе хотя бы вполовину так же страшно, как и мне.
Мне страшно…
У этого много оснований.
Но ни об одном сейчас я не хочу рассуждать. Мы уже прыгнули. Теперь нужно наслаждаться полётом. Иначе, какой был смысл? Когда сломаемся, тогда и покричим от боли.
И я наслаждаюсь! Другого такого у нас не будет. Будет тысяча других, но такого не будет. Я ловлю момент, проникаюсь в детали.
Он отпускает меня.
– Устала?
День был длинным...
– А ты?
– Нет.
Негромко включает музыку.
Сажусь в его огромное роскошное кресло. Единственное в гостиной. Гостей не предполагается.
..
Он стоит передо мной. Стрелки на тёмно-синих брюках… ремень… пальцы двигаются, подворачивая уверенными движениями рукава рубахи. Его крепкие предплечья оголяются. Я вижу вздутые вены, и как ткань рубашки подрагивает на его сердце. Оно колотится…
Выдёргивает полы рубахи из-под ремня.
Мне хочется, чтобы он расстегнул пару пуговиц на груди и выпустил то, что там бьётся. И он делает ровно то, что я хочу. Две пуговицы…
Его движения лаконичны, уверенны и горячи.
