Глава 39 - Зверь моей породы
Смотрю на часы. Первый час?! Чёрт! Опоздала, конечно…Дверь в общежитие намертво закрыта. Здесь строго очень, да. Набираю Ревникова.
– Ангел, спаси!
– Барыня пожаловала к нам? – слышу в его голосе сонную улыбку.
Боречка ложится рано. С шести до семи у него утренняя пробежка.
– Угу…
– Сейчас.
Минут через семь массивная дверь с железным лязгом открывается.
– Марь Пална! – слышу я уговаривающие интонации моего Весёлого. – Ну работает она, начальник – зверь, не отпускает раньше.
Ну пожалллста!
Открываю дверь пошире.
– Честное слово! – киваю с энтузиазмом вахтёрше. – Начальник – просто зверюга!
– Последний раз, Туманова! – сдаётся она под прессом нашей объединенной харизмы.
– Спасибо!! – хором с Ангелом.
Он подхватывает меня за руку, и мы поднимаемся по лестнице. На втором этаже я отбираю руку и чмокаю его в уже выставленные губки.
– Спасибо, Боречка!
Сбегаю к себе на третий. Тихонечко приоткрываю дверь.
Да как они узнали, чёрт возьми, что я здесь?!
Немец и Сашка.
"
"Упрямо, с вызовом глядят друг на друга, застыв посередине комнаты. Танюшка беспомощно разводит руками, закатывая глаза.
Моё появление игнорируют оба. Это теперь надолго. В последнее время они искрят на пустом месте по поводу моей персоны. Надо что-то с этим сделать.
Достаю из встроенного шкафа пакет с пижамой. Рюкзак отправляю на вешалку и быстро смываюсь к Ангелам, на второй.
Эти пусть «любезничают» без меня!
Дверь не замкнута. Я делаю шаг в темноту. Закрываю за собой.
Скидываю с себя все вещи, надеваю свою пижамку и ложусь рядышком с моим Грустным Ангелом.
Пододвигается и накрывает меня одеялом. С ним клёво спать. Он никогда не позволяет себе никаких вольностей, а его эмоции очень ласковые и бережные.
– Опять? – сонно, подгребая меня в объятья.
– Да достали уже… – тянусь я, укладываясь удобнее. – Почитай мне что-нибудь… Балладу…
Вздохнув, он ложится на спину, подтягивая меня ближе, и начинает:
Когда вода всемирного потопаВернулась вновь в границы берегов,Из пены уходящего потокаНа берег тихо выбралась любовь.
И растворилась в воздухе до срокаНад грешною землей материков,И чудаки еще такие есть,Вдыхают полной грудью эту смесь...
Я дослушиваю длинную балладу до конца и закрываю глаза.
– Мой грустный ангел… – шепчу ему. – Твоя печаль такая сладкая. Но объект приложения я не одобряю!
– Я и сам не одобряю, – усмехается он, целуя меня в макушку. – Спи, ""объект""..
Целые сутки в общаге.
