– Вивьен отстранилась и выдавила из себя улыбку.
– Ну-ну, милая, отдыхайте, – ворковала мисс Шпилт, покидая комнату, – чай успокоит. Я, пожалуй, тоже выпью немного…
Дверь за женщиной закрылась. Вивьен смотрела на нее неотрывно, но не видела. Она задумалась, глубоко погрузившись в собственные мысли. Столько загадок навалилось на девушку разом, что голова шла кругом. Она совершенно не представляла, кому можно доверять, с кем поговорить по душам. Ей хотелось снова сбежать. Пусть даже безрезультатно. Бесцельно. Ненадолго и с последующей выволочкой.
Она хотела свободы, хотела снова быть с городом наедине, без вечных свидетелей, стоящих за ее спиной. Теперь дом, который был ее крепостью, давил и гнал прочь. Вивьен чувствовала, что готова уйти. Должна уйти. Но куда? С кем? И для чего? Этого она пока не понимала.
Дрейк Брукс
– Так что ему передать? – снова спросил Дьюк, старательно отводя взгляд от Дрейка. – Шеф рвет и мечет. Фор никого, кроме тебя, видеть не желает и при этом утверждает, что его слова могут спасти жизнь принца.
– Я уже ответил. – Брукс отвернулся к окну, забарабанил кончиками пальцев по стене.
– Ты выдал мне цепь ругательств, – заныл Дьюк, – как я должен передать это шефу? Слушай, сходи к нему сам? Перетрите там по душам.
– У меня слишком много других дел, – отмахнулся Брукс.
– А если принца пристрелят? – осторожно поинтересовался Дьюк.
– Тогда он или умрет, или выживет, – ответил Брукс, – в зависимости от этого заведем дело: о покушении или об убийстве. И начнем работать.
– Дрейк! Ты в своем уме говорить такое? – в голосе Дьюка послышались нотки истерики.
– Да нас всех за это под новую брусчатку на площади перед дворцом уложат. И не вспомнят имен!
Брукс устало вздохнул. Все, о чем он мог думать, – собственноручное убийство Фора. Стоило просто зайти к нему в камеру, придушить и сказать, что так и было…
– Дрейк, я иду к шефу и говорю, что ты отказываешься идти к Фору даже с сопровождением, так? – не унимался Дьюк.
– Так.
Дверь закрылась, наступила тишина. Дрейк Брукс уперся лбом в холодное окно и подумал, что не готов еще к отставке.
Напротив, он чувствовал себя на подъеме сил, он готов был сворачивать горы! Но…
Спустя десять минут Дрейк вынужден был вновь стоять перед ненавистной камерой.
– Войдем вместе. – Бон Сомерс громко сопел и потирал мясистые ладони. – Поговорим о деле и выйдем. Ты можешь даже рта не раскрывать.
Брукс кивнул, старательно следя за собой. Со стороны он выглядел холодным и равнодушным. Так было нужно.
