Буквально на пару минут, за которые точно не могло случиться ничего важного…
Вивьен Бишоп
Анна уснула быстро. После выпитого чая она настолько утратила связь с реальностью, что не поняла, как Вивьен уложила ее в собственную постель. Единственное, что осознанно сделала горничная, – попыталась согреть прохладную простыню магией, но тут их с Вивьен ждал неприятный сюрприз: дар не сработал. Анна сонно посетовала, что никогда раньше не замечала за собой подобного, и даже на короткое время пришла в себя, принявшись испуганно щелкать пальцами.
Затем, так и не добившись высечения магической искры, девушка решила, что в случившемся нет ничего страшного, и, зевнув, прикрыла глаза.
– Я буду присматривать за вами, – пробормотала она, засыпая.
Вивьен стояла рядом с постелью и удивленно наблюдала за происходящим. На губах горничной блуждала счастливая улыбка, а лицо практически сразу приняло безмятежный вид.
– Хорошее успокоительное, – сделала вывод Вивьен, задумчиво глядя на уснувшую Анну. – И от нервов избавляет, и от сомнений, и способности притупляет.
Просто отличное средство, чтобы разить врагов наповал. Но разве я вам враг, мисс Шпилт?
Приблизившись к столику, Вивьен вылила так и не выпитый ею чай обратно в чайник и отправилась в гардеробную комнату, дабы взять с собой кое-что из самых необходимых вещей.
Она собиралась бежать. Снова. На этот раз насовсем.
И руководствовалась Вивьен отнюдь не злостью или желанием отомстить, о нет. Ею двигала жажда справедливости и разгоревшееся любопытство.
Она хотела знать все! Настало время гнетущей пустоты, непонимания и стремления узнать правду. Поразмыслив как следует, Вивьен окончательно пришла к неутешительным выводам. Первое – ею манипулировали. Давно и очень успешно. И методы отец с мисс Шпилт выбирали самые разные: от уговоров до «успокоительного» чая и роспуска сплетен об усугублении болезни.
Но для чего они делали это? Хотели обезопасить ее? Или себя? А может быть, всех окружающих?
Из этих вопросов следовал второй вывод: ее обманывали, пытаясь скрыть некий дар.
Возможно, страшный, разрушительный! Что бы ни случилось, Вивьен не сомневалась – отец любит ее. Он всегда баловал ее, был с ней честен и справедлив. Так ей казалось… Но если она обманулась в этом, могла ли обмануться и в его отношении к ней?
Вивьен устало потерла виски, раздраженно фыркнула и принялась собираться в путь. Она больше не находила себе места в этом доме, рядом с его обитателями.
