Полисмаг, задававший ей вопрос, перевел взгляд на сидящего за рулем коллегу, и тот буркнул: «Правда».
После этого Вивьен всерьез занервничала, неожиданно поняв, что ее проверяет маг. Эмпат, по всей видимости…
– А имя Генри Фор вам говорит о чем-то? – уточнил первый полисмаг, оборачиваясь к Вивьен. – Может быть, в документах встречалось?
– В каких документах? – поразилась она. – Я не вмешиваюсь в дела отца или жениха, потому не представляю, о каких документах речь. И нет, никогда не слышала… Хотя постойте. Разве это не тот человек, которого поймали совсем недавно? Опасный преступник, о котором пишут во всех газетах.
– Да, это он, – мрачно подтвердил полисмаг. – Потому нам важно получить любые сведения от вас.
– Но при чем здесь я? – Вивьен отшатнулась, упершись спиной в сиденье. – Мало мне исчезновения отца, обыска и нападения в шляпном салоне! Вы теперь еще и этого Фора решили записать в знакомые нашей семьи?!
– Незачем так реагировать. – Полисмаг поморщился и убрал магокарточку, которую держал перед Вивьен все это время.
– Мы просто хотели убедиться… Кстати, о вашем мистере Бишопе…
– Вы нашли его? – Вивьен перебила полисмага, поняв, что еще немного, и ей придется врать, будто она не знает, что с отцом все в порядке. А ведь рядом эмпат, который быстро распознает ложь. – Надеюсь, у вас хорошие новости? Папа в порядке?
Полисмаг отвернулся и сообщил:
– Мы его ищем. Смотрите-ка, подъезжаем к площади. Вам нужно в какое-то конкретное место?
– Я выйду здесь, если некий мистер Фор – единственный, о ком вы хотели со мной поговорить, – ответила Вивьен, беспокойно прижимая к груди саквояж.
– Да, мы закончили, – кивнул полисмаг.
Машина плавно притормозила у здания кофейни, и Вивьен поспешила выйти, успев при этом смерить своих попутчиков уничижительным взглядом и пробормотать тихо:
– Странно, честное слово. Скоро мне даже из-за непогоды начнут учинять допросы. Прощайте.
Ответа она ждать не стала, решив, что поставила точку в своих стремительно развивающихся отношениях с полисмагами.
Впереди Вивьен ждала новая жизнь, в которой Эдвард Файлоу никому не позволит учинять ей допросы или унижать любым иным образом!
Дрейк Брукс
День подошел к концу. Дрейк понял это после того, как не смог прочесть очередной отчет своего подчиненного. В кабинете стало недостаточно света, глаза болели.
Откинув документы в сторону и проследив за траекторией их недолгого полета, Дрейк с силой растер лицо, заметив про себя, что снова забыл побриться, и уставился на дверь.
