Маленькое Привидение

— А что было в палатке?

— Пришлось наподдать жару этому Торстенсону! «Если тебе дорога жизнь, — пригрозил я ему, размахивая руками и отвратительно шипя, — повторяю: если тебе дорога твоя жизнь, немедленно снимай осаду, уводи своих солдат и никогда, слышишь, никогда здесь больше не появляйся».

— А что же генерал?

Он стоял босиком, в отороченной кружевами ночной рубашке, и стучал зубами от страха. Потом упал передо мной на колени и умолял о милосердии. «Пощади меня! — молил он. — Пощади! Я сделаю всё, что ты скажешь!» Я схватил его за шиворот и слегка потряс.

«Надеюсь, ты выполнишь всё, что я велю, — потребовал я. — Рано утром уберёшься отсюда. И никогда сюда не вернёшься. Понятно? Н-и-к-о-г-д-а!»

— Здорово, чёрт подери! А что Торстенсон?

— Торстенсон повиновался. На следующее утро, двадцать седьмого июля, он убрался вместе со своей армией. Они удирали, и Торстенсон с маршальским жезлом в руках скакал впереди.

— И он точно больше никогда не возвращался?

— Действительно никогда! — хихикнул Привиденчик.

Не будем говорить о дневном свете!

Привиденчик закончил рассказ о шведском генерале Торстене Торстенсоне.

Друзья немного помолчали. Они смотрели вниз — на долину, на реку, поблескивающую в лунном свете, на башни и остроконечные крыши Ойленберга, на флюгеры, крутые лестницы, балконы, фронтоны и эркеры. Видели редкие припозднившиеся огоньки, следили за тем, как те гаснут один за другим. Привиденчик вздохнул:

— Какая жалость, что я не могу посмотреть на город и реку при дневном свете! Вижу их только с сиянием луны.

Филин протестующе ухнул:

— Не будем говорить о дневном свете! У меня начинают болеть глаза, как только я о нём слышу. Считаю, что лунный свет достаточно ярок. Светлее ничего и не надо.

— А мне всё-таки хотелось бы посмотреть на мир днём, — настаивал Привиденчик. — Хотя бы разочек, чтобы понять разницу между днём и ночью. Это должно быть так интересно!

— Тьфу! — неодобрительно хмыкнул Шуху. — Вы — разумное Маленькое Привидение. Как вам пришла в голову такая мысль? Поверьте, дорогой друг, это ужасно! Однажды меня настиг в пути дневной свет, и одного этого раза достаточно!

Привиденчик встрепенулся:

— Я ничего об этом не знаю.

Расскажите, господин Шуху, пожалуйста, расскажите!

Филин нахохлился, потом растопырил перья и два раза встряхнулся. Видно, ему нелегко было вспоминать."

"— Это произошло в молодости, — начал он. — Тогда я время от времени совершал долгие прогулки вокруг замка Ойленштайн, отчасти ради охоты, отчасти из любопытства.