— Я много думала о том, что было бы, если бы дядюшка остался жив? — она тяжело вздохнула. — Насколько легче и лучше нам бы жилось. Ты помнишь, как мы бегали на поля, смотреть на овечек?
— Еще бы… — протянула я. — Это были незабываемые времена.
— Какой хороший доход приносило вашей семье разведение овец… — Хенни сжала кулачки и зло сказала: — А эта дрянная Гертруда, вместе со своей дочуркой, все спустили на ветер!
Что ж, нечто похожее я и предполагала. Оставшись хозяйкой богатого имения и успешного дела, вместо того, чтобы приумножить достаток, мачеха пустилась в неразумные траты.
Теперь, их с дочерью мог спасти лишь выгодный брак, а я была помехой в этих меркантильных планах."
"— Да, все было бы иначе, если бы дядюшка и граф ван Роэльс не решили отправиться по делам торговли морем. Мне до сих пор не верится, что они погибли… — кузина вытерла слезы, и я поняла, что она очень любила отца Клары. — Ты скучаешь по нему?
— Очень, — я сжала ее ручку. — Постоянно вспоминаю его.
— И я, — всхлипнула Хенни.
— Ты ведь знаешь, он был мне как отец.
В дверь постучали, и кузина сразу же поднялась.
— Войдите!
— Здравствуйте девушки, — в комнату вошел невысокий, полный мужчина с саквояжем и поставил его на стул. — Что случилось, Клара? Фрау Гертруда сказала, что ты ушиблась.
— Доктор Брэмер, она ударилась головой, — ответила за меня Хенни, и мужчина кивнул, доставая из кармашка сюртука очки.
— Сейчас посмотрим.
Он осмотрел мою шишку, заглянул в глаза, поводил перед ними пальцем и выпрямившись, спросил:
— Тошнота? Головокружение?
— Да.
И то и другое, — ответила я и доктор Брэмер, ласково взглянул на меня из-под очков.
— Ничего страшного. Покой, никаких резких движений и водочные компрессы на место ушиба. Старайтесь хотя бы неделю, меньше двигаться дорогая. Свежий воздух — не менее часа в день.
Он попрощался с нами и вышел, а я расслабленно вытянулась в кровати — свадьба откладывалась, и это давало мне время, чтобы немного освоиться в чужом мире.
Глава 4
Как бы ни хотелось моей мачехе поскорее сплавить меня, против доктора она пойти не могла, да и вообще это выглядело бы очень странно в глазах гостя — барона Ворста.
Она была сама любезность, но я чувствовала, как в ней клокочут злость и нетерпение.
Каждый день мы с Хенни спускались в сад. Я садилась и слушала — ходить мне было еще сложно, кружилась голова, но в целом, мы отлично проводили время за разговорами, из которых я извлекала много интересного.
